Быть рядом с ним — все равно, что танцевать на краю черной дыры: головокружительно, таинственно и непременно ведет к концу света.

Я всегда думал, что вступить с кем-то в отношения — это проявить слабость. Теперь же, думая о жене, я считал совсем по-другому. Я был готов положить весь мир к ее ногам. Все, что ей нужно было сделать, — просто попросить меня об этом.

Для других я могу быть воплощением зла, и только для тебя стану ангелом.

Где бы ты ни была, куда бы ни пошла… — Он замолкает, пронзая меня взглядом. — Кем бы ты ни была. Я найду тебя. Обещаю. Всегда.

Я бы никогда не смогла забыть тебя. Даже когда не могла вспомнить, знала, что скучаю, что мне не хватает частички самой себя. Как я могла забыть тебя, когда ты часть меня?

Этот «Хемниц» сначала тоже долго молчал. Но спустя шесть недель наши специалисты сумели развязать ему язык, и он выдал шифр. Под конец русский связной напоминал кровоточащий кусок говядины. Так что не бывает железных людей, Иоганес. Информацию можно вытянуть из любого.

Господин Гернштадт, возможно, мой вопрос застанет вас врасплох… Скажите, у вас есть возможность информировать нас о происходящих событиях в Германии? Я сейчас не имею в виду общеизвестные факты, которые освещает пресса, меня интересуют более глубинные процессы, как политического, так и военного характера.

Уже на улице, когда Ильзе и Карла вели к машине, они столкнулись с опоздавшей парой. Гретта держала в руке букет гладиолусов, а Йохан – сумку с подарками для жениха и невесты. Завидев странную процессию в сопровождении сотрудников гестапо, их лица вытянулись от изумления.

Ильзе оглядела заставленный блюдами стол. Учитывая, что покупка продуктов питания в Германии с начала военных действий осуществлялась исключительно по талонам, а приобрести что-то вкусное и изысканное на черном рынке мог позволить себе далеко не каждый, расставленные на столе угощения могли бы порадовать самого привередливого немца-гурмана.

Знаешь, - медленно проговорила Ильзе. - Из-за этой работы я совершенно перестала обращать внимания на такие приятные мелочи… А ведь они совсем рядом, только руку протяни! Яркое солнце, чистое небо… Что ещё нужно для поднятия настроения? Ведь в сущности, человеку для счастья нужно не так уж и много.

К тому времени город уже окончательно поглотили пронизывающие сумерки, окна иссекали стрелы дождя. Лицо незнакомки сделалось задумчивым, серые глаза подернулись пеленой воспоминаний. Погружённая в размышления, она не заметила, как трамвай обогнал чёрный автомобиль с погашенными фарами. Впрочем, даже при всём желании женщина едва ли смогла бы разглядеть в дождливой мгле то, что происходит снаружи.

Иногда мы снова и снова возвращаемся к прежнему выбору – просто потому, что он вызывает воспоминания, позволяя хоть на мгновение ощутить давно забытый вкус беззаботного времени, когда все было хорошо…

Предлагая кому-то свою помощь, не жди ничего в ответ.

Как же найти свое место в жизни, которое можно назвать своим домом, если небо над головой необъятно, а земля бескрайняя.

– Ты спросил, за что тебе все это… Возможно, потому что только ты в силах выдержать эти испытания. Ты должен пройти их, если хочешь стать сильнее....

Только потом Му Ян заметил, что тот плед, который подстелили под него, был самым лучшим в семье. А мешочек с деньгами, который Ю Вэйюань оставил ему, так и хранился у него в кармане нетронутым.

Пахло смолой, хвоей и полной неустроенностью. Убитая – продавщица местного сельмага, молодая, привлекательная, жена местного геолога по имени Люба. Отморозки вошли в магазин, как ни в чем не бывало, заперли дверь, наставили на Любу обрезы…

Андрей присел на корточки, к телу не прикасался. Ощущался запашок. Трупный запах еще не поборол ароматы застарелого пота и креозота, которым обрабатывают шпалы, но уже был отчетлив. Убили Бубу явно не час назад. Всю ночь провалялся, болезный.

В подъезд в меру облупленной двухэтажки просачивались по одному, прижимаясь к фундаменту. Дверь с заунывно воющей пружиной, лестница, второй этаж. Автоматчики прижались к косякам слева и справа, Андрей позвонил в дверь. Пистолет из кобуры уже просился в руку.

Бандиты отстреливались. Два ствола, недостатка в оружии и боеприпасах у этой шантрапы не было. Пули дырявили фанерные стены, звенело разбитое стекло. Андрей повалился на пол, закрыл голову руками. Прямо как на фронте, враги бьют в упор.

Парень чертыхнулся, перевесился через ограду, начал бегло стрелять по трясущимся кустам. Снова выплеснул пару нелитературных слов, присел, полез в карман за новой обоймой. Ахнул, когда штакетину рядом с ним переломила пуля, повалился в нестриженую траву.

Мужик в тельняшке что-то почувствовал, мотнул головой, глаза расширились от ужаса. Он сунул руку под пиджак, взревел дурным голосом: – Буба! Атас! Менты!

Я сглатываю подступивший к горлу комок. По чему она говорит о какой-то опасности? Снова смотрю на ее руку. — Что случилось, Лили? Вижу, как она нервно облизывает губы.

Глаза мокрые — я понимаю, что она плакала. Говорить Лили не хочет. Я встаю, иду за антисептиком и антибактериальной мазью, а вернувшись, занимаюсь царапинами. Она сидит словно тряпичная кукла и даже не поворачивает руку, так что мне приходится делать все самому.

Глаза у нее делаются большие, рот приоткрывается, она роняет мою руку, потому что обе ее безвольно повисают. Уже в следующий момент она замечает эту свою непроизвольную реакцию и пытается сыграть назад, потому что не хочет огорчать меня еще больше.

Той ночью я наговорила лишнего, чего на самом деле не хотела, и самое страшное — если тебе здесь так не нравится, почему бы просто не уйти?

Мы накричали друг на друга, и Джейк взял свою подушку и устроился спать на диване, а утром ушел, почти не поговорив со мной и толком не попрощавшись. Теперь его нет дома, он не отвечает на звонки, и я боюсь, что знаю почему.

Каждый раз он думал, что не может желать ее сильнее, и каждый раз ошибался.

Правда отбрасывает тени, Но те всегда лишь там, где свет.

Нет страха там, где нет надежды, Нет боли, грусти без любви, Проложат путь любой невежде Сердец отчаянных огни.

Невозможно уничтожить нас, не уничтожив мир.

Судьба редко бывает к нам благосклонна, Но наша сила в том, что мы никогда на нее и не полагаемся.

Приятные привычки и маленькие традиции – то, что способно скрасить жизнь даже в самые тяжелые времена. Они дарят чувство приземленности и контроля, даже когда кажется, что мир рушится по частям.

Она крайне редко комментирует свою личную жизнь. В официальном заявлении подчеркивалось, что несмотря на решение жить раздельно, супруги «всегда будут заботиться друг о друге». В прошлом Стрип цитировала принципы, которые помогали ей десятилетиями: «Брак создается посредством переговоров и желания наполнить жизнь любовью и нежностью».

Она утверждает, что актерское мастерство помогло ей видеть мир глазами других людей, отказаться от категоричных суждений о людях, быть «живой и вовлеченной» в жизни тех, кого она любит. Стрип относится к своей работе не как к средству достижения славы и богатства, а как к способу глубже понять человеческую природу.

Она регулярно занимается ходьбой, йогой и пилатесом, которые помогают ей сохранять пластичность, силу и душевное равновесие. Стрип не относится к физической активности как к каторге. Она видит в ней способ поддерживать здоровье и получать энергию, а не средство для достижения идеальной фигуры. От движения важно получать удовольствие – вот ее девиз.

Философия Мерил Стрип, хоть и не сформулированная в терминах модных практик, представляет собой глубоко осознанный и внимательный подход к жизни. Он основан на принятии мира, умении отпускать и ценить простые радости, что позволяет ей сохранять внутреннюю гармонию и быть одной из самых вдохновляющих личностей нашего времени.

Мерил Стрип говорит о самопринятии не только в контексте возраста, но также и внешности, и своего места в жизни. Ее философия сводится к тому, что подлинная свобода приходит с принятием себя, своих несовершенств и своего пути, а не с бесконечным стремлением соответствовать чьим-то ожиданиям.

Однажды ты просыпаешься и понимаешь, что молодость позади. Это грустно, но вместе с ней ушли неуверенность, спешка и желание всем угождать. Ты идешь медленнее, но с большей уверенностью. Учишься прощаться без страха и ценить тех, кто остается. Старение – это принятие и удивительные открытия, это истории, которые мы в себе несем.

Она до сих пор не может вам доверять, и часть ответственности за это лежит на ней самой.

На самом деле мне до сих пор иногда не верится, что мы с ними - друзья. Мне кажется, что они слишком хороши для меня.

Ведь чудо уже в том... что мы с ними оказались в одном мире и подружились.

Мне, конечно, немного обидно, что я не смог завоевать твое сердце, но кто в наши дни не получал отказы на признание в любви?

Улыбка твоя для меня прекраснее любых цветов и сияющей луны. Я хочу провести всю свою жизнь, оберегая твое счастье

За сотни лет я впервые узнал, что такое одиночество, только после встречи с тобой. Я понял, что значит тоска по кому‑то. Без тебя я словно и не живу.

Хорошее настроение гораздо важнее всего остального.

Нынешний мир совсем не такой, как прежде. Нам нужно идти в ногу со временем. Верить в то, что время и наука помогут все исцелить.

Я не признался тебе в своих чувствах, потому что, с одной стороны, боюсь, ты начнешь меня избегать, ведь ты застенчивая и невинная. С другой — думаю, ты еще не готова к отношениям. Я дождусь, когда ты разберешься в своих чувствах, и тогда снова признаюсь тебе.

Раскрой свои глаза широко и смотри на мир вокруг.

Характер человека определяется борьбой между эгоистической и альтруистической натурой. Так что правда в том, что большинство людей… всю жизнь мечутся между добром и злом. Потому что ни одна из сторон не в силах взять верх.