Эдди Кэл. По профессии он был художником и скульптором. Из тех, кто всегда ходит в джинсах и футболке, заляпанных разными красками. Ярдли очень любила это в нем – полное безразличие к мнению окружающих. Она находила это неотразимым. Лишь потом, когда всплыли совершенные им убийства, Джессика поняла, что у него это получалось бессознательно.

Глупые поступки не планируются, они совершаются спонтанно, но потом, спустя годы, понимаешь, именно они, эти самые глупости, были лучшими моментами твоей жизни.

Если надо узнать теорию забивания гвоздей, то спросите у мужчины, он вам точно все и подробно объяснит. Но, если вы хотите, чтобы гвоздь оказался вбит через пару минут после того, как вам он в стене понадобился, то хватайтесь за молоток сами.

Я спрятала усмешку. Чтобы очутиться в Домодедово в указанное время, нужно выехать, как минимум, в четыре тридцать. Но вставать не пришлось бы, потому что в этом случае лучше вообще не ложиться.

В такой ситуации логика не работает, – усмехнулся Степа, – все мужчины собственники. Как мы говорим? Моя машина, мои деньги, моя жена. А тут кто-то покусился на твое, личное!

Когда я спросила: «Как вас благодарить?», она ответила: «Никак. Это круговорот добра в природе. Когда встанешь на ноги, не пройди мимо того, кому будет плохо так, как тебе сейчас, помоги ему чем сможешь. Если все будут так поступать, добра на Земле окажется больше, чем зла».

«Семья становится счастливой, когда тараканы в головах мужа и жены начинают дружить семьями».

Теперь английские колонии непосредственно граничили с юга с двумя государствами буров. С севера, впрочем, тоже. И с востока, и с запада. Исторический опыт показывает: соседство с англичанами никого не доводило до добра. А уж полное окружение англичанами...

Особо напоминаю: дикий террор в ходе сипайского восстания происходил в те самые годы, когда англичане поднимали шум до небес об «ужасах российского крепостного рабства» и проливали реки крокодиловых слез о судьбе поляков, «стенавших под русским игом»...

Военные и штатские в равной мере вершили кровавый суд или убивали туземцев без всякого судебного разбирательства, независимо от пола и возраста.

Французские войска состояли из французов. Турецкие – соответственно, из турок. Сардинские – из итальянских. Что до британцев, изрядную часть их воинства составляли не этнические англичане, вообще не жители Британских островов и не подданные Великой Британии. Навербованные в Европе наемники – немецкие, фламандские, польские и чешские. Ну вот не любила Англия воевать собственными руками!

Но меня не отпускает одна мысль: а как быть с теми десятками миллионов (так!) трупов индийцев, на которых, словно на питательном растворе, и выросла промышленная держава номер один – Великая Британия. И долго удерживала это первенство.

Мебель, одежда, товары всех сортов летели через окна на улицы и сгребались теми, кто там находился... На улицах лежали трупы старых и молодых, богатых и бедных, которые погибли, защищая свой город... Весь день саперы заняты были тем, что жгли город, а солдаты и лагерная прислуга тащили все, что плохо лежало.

Мне хотелось запечатлеть в своей памяти то, что сейчас происходило между нами, как фильм, чтобы в будущем пересматривать его снова и снова.

Момент, когда он поднялся и подошел к доске, чтобы написать там мое имя, показался мне настоящим облегчением. Значит, мне не нужно больше думать о том, что впервые в жизни я почувствовала к кому-то настолько сильное притяжение.

Сто двадцать три минуты любви, боли и Райана Гослинга, который вносил свою возлюбленную в дом, построенный своими руками. В реальной жизни вы не целуетесь под дождем и вас не носят на руках.

Между тем я хотела заверить его, что он может потратить хоть все время в мире на разговоры со мной. Хотела, чтобы он чувствовал себя со мной в такой же безопасности, как я с ним с самого начала… хотя страх, что он опять меня бросит, таился в глубине моей души и, вероятно, даже останется там еще на какое-то время.

Я верю в большую любовь, Эверли, — таким был ее ответ, когда я однажды спросила, зачем она снова и снова начинает новые отношения. — Где-то там есть моя вторая половинка. Мне просто нужно ее найти.

Сначала вы предлагаете соискателю некую гипотетическую ситуацию, а когда он предложит свое решение, надо его спросить о прошлом личном опыте поведения или решения в похожей по смыслу ситуации. Случился ли у него успех, провал или пришлось принимать сложные решения. Если в реальности соискатель повел себя так же, как в гипотетической ситуации, картинка сложится.

Любое собеседование с незнакомыми людьми кандидат воспринимает как экзамен, что и обеспечивает отрицательные эмоции. Человек не всегда понимает, правильно ли он описал себя в резюме, что считать личными достижениями, а что — глупость. И естественно, человек находится в дополнительном зажатом состоянии, тем более если он не привык врать.

Итак, что мешает оценить качества одного человека с другим в процессе прямого разговора без посредников? Когда общаются двое или немного больше человек, они друг на друга смотрят, друг друга слышат, но, кроме этого, у каждого есть еще определенная эмоциональная оценка собеседников в этот момент. Управлять своими эмоциями на 100 % мы не умеем, эмоции всегда присутствуют.

говорить об оценке вовлеченности достаточно сложно. Вовлеченность — не компетенция, а состояние мозга и души. Иногда заказчик говорит: «Я хочу горящие глаза». Очень хочется вполне серьезно выяснить, на выполнение какой задачи будут влиять «горящие глаза», почему они должны «гореть», как заказчик увидит «горящие глаза», попросить его привести примеры диагностики: глаза «горят» или нет.

Для любого бизнеса персонал — основной капитал, потому что он приносит прибыль компании. Это значит, что, оценивая возможности новичка, мы явно или неявно задаем вопрос: насколько уместным и эффективным для бизнеса будет включение конкретного человека в коллектив, работающий над решением определенных задач.

Оценка персонала началась не одновременно с появлением бизнеса в России, а значительно позднее. Условия на рынке труда диктовали те, кто быстро подстроился под новые реалии и просто мог обеспечить людям какой-то доход. Оценивать персонал было абсолютно незачем, да никто и не понимал, что это такое. Первые бизнесмены в России действовали как кому вздумается.

Все ищут поддержку и требуют ее: от мамы, мужа, собственных детей. Но задумайся, разве ты имеешь право требовать это от них? Может, они не умеют или просто не понимают, что она тебе в принципе нужна, ведь каждый человек самостоятельно справляется со своей жизнью?! Предлагаю научиться самим поддерживать себя и не ожидать от других поддержки, иначе это приведет к обидам, претензиям и упрекам.

Три года я живу в состоянии свободы. И да, за это время происходило много разного: и выгорания, и тупики, и финансовый потолок, и страхи, и слезы. Но если бы со мной случилось то же самое, да еще и в два раза хлеще, я бы повторила, потому что у меня будет свобода!

В офисе тебя подгоняет начальство: «Быть к 9, иначе уволю!», а на фрилансе тебя некому подгонять, и тут включается та самая ответственность за свою же жизнь. Ты сама приучаешь себя работать в конкретные часы. И работаешь так же много и так же долго, как и любой другой человек! Поэтому на фрилансе непросто, здесь не лафа.

Одиночество — это ходить на работу в офис в коллектив, который далек от твоего мировоззрения и ему наплевать на твои мысли, цели, желания. Одиночество — это когда друзья приходят в гости только для того, чтобы выпить и посмотреть сериальчик, и, кроме этого, вам нечего друг другу предложить.

Есть три вещи, на которые можно смотреть бесконечно: как горит огонь, как течет вода и как человек наслаждается своей свободой в любом шаге.

Перед тем, как сесть за эту книгу, я поставила себе амбициозную задачу: изменить отношение жителей нашей страны к фрилансу, а именно — к онлайн-работе. Развеять мифы, ответить на беспочвенные претензии, поставить под вопрос неаргументированные позиции в отношении фриланса.

Успокойся. Ничего с тобой не случится. Ничего, пока я рядом с тобой.

Ваша магия всегда была тем, чего мы боялись больше всего.

Над крепостью парили два дракона. Они широко расправили крылья и словно зависли в воздухе. Затем более крупный сделал петлю и выдохнул струю огня в небосвод. Тот, что поменьше, ввинтился ввысь и оставил след из мерцающих звезд. И хотя это должно было внушать ужас, выглядело просто потрясающе.

Мир без магии был бы все равно что небо без звезд. Поэтому оставайтесь волшебными!

Синий каскад света ударил пилота в грудь. Несколько сверкающих осколков, танцуя над темным песком, пронеслись мимо него. Фицджеральд тут же распластался на песке. Его конечности дергались, будто по ним пробегала судорога. Мокрая одежда покрылась огненной паутиной электричества. По мере того, как поражающий эффект ослабел, его тело обмякло и вновь сделалось холодным.

Грей наблюдал за чудовищем с улыбкой и благоговейным трепетом. На утреннем солнце поблескивали желтые зубы крокодила. Толстый, покрытый пластинами хвост уравновешивал покачивающуюся массу гигантской рептилии. Своим присутствием крокодил как бы напоминал о том, что доисторическое прошлое в этой отдаленной части Северной Австралии все еще живо.

Некая часть его «я» сунула в карман куртки табличку с именем Элизабет не просто так. А прямо напротив сердца. Единственная удача заключалась в том, что китайский убийца был хорошим стрелком. Отклонись его пуля на несколько дюймов в любом другом направлении… Он провел пальцами по серебристым буквам и в этот самый момент понял: нынче ночью его спасла их любовь. Спасибо, Элизабет…

– Похоже, хакеры целились в файлы, помеченные как N…sis. Что это означает? – Всего лишь мое сокращение от Neanderthalensis. Эти файлы содержат сравнение генных последовательностей неандертальцев с их аналогами у современного человека, выделяя те гены, которые мы получили от нашего далекого предка. Почти все мы несем в себе небольшой процент генов неандертальцев.

– Кто только не спускается сюда! Художники, любители острых ощущений, грибники… Пару лет назад катафлики – полицейские, патрулирующие подземелья – нашли здесь что-то вроде огромного кинозала с большим экраном, автоматом для поп-корна и вытесанными из камня сиденьями. На следующий день все это исчезло. На полу осталась лишь надпись – «Не пытайтесь найти нас». Это подземный мир Парижа.

Юные годы Сейхан прошли в трущобах Бангкока и на задворках Пномпеня. Типичная полудикая обитательница улиц, именно тогда она и обрела простейшие навыки своей будущей профессии. Искусство выживания на улицах требовало постоянной бдительности, хитрости и жестокости. Когда бывшие наниматели нашли ее и забрали с улицы, переход в статус наемного убийцы прошел для нее абсолютно безболезненно.

Внутри у меня все болит. Эта боль так сильна, что ее уже не выразить, потому что она перешла все границы. Такую боль не выпустить наружу, потому что любого крика, любых слов и любых слез будет слишком мало для нее.

Я так похожа на тебя. Но теперь, когда тебя нет, я постоянно спрашиваю себя, кто я на самом деле. Я знаю, кем была рядом с тобой. Частью чего-то, половиной тебя. Но что я для себя самой?

Ты ушла и так много забрала с собой. Словно забрала у меня все мои слова, мою речь и голос. Словно украла у меня одно крыло. Вместе мы составляли единое целое. Ты была сердцем и душой, я – головой. Поэтому без тебя так пусто.

Что делать, если ты нашел свой дом там, где жить никогда не хотел? Что происходит, если теперь ты хочешь остаться там, откуда хотел поскорее сбежать? Что, если ничего тут не изменишь?

Я открываю блокнот, и передо мной зияет пустота. Белые страницы без всякого содержания. Так, словно я еще никогда не писала Иззи, а при этом писем уже десятки. С тех пор как она ушла — десятки предложений, слов и мыслей. Десятки разных чувств и вещей, о которых я не смогла сказать ей.

Не всякий конец – это начало чего-то нового, и не всякое новое начинание означает конец

Разъяренную женщину от дикого кабана отличает наличие серег в ушах.

Дашенька, мы поселимся у вас временно. Заработаем денег, найдем подходящий участок, построим дом и уедем. В благодарность за доброту я буду заниматься с вами фейслифтом. До сих пор мне не удалось продемонстрировать мою авторскую методику. Уберу вам бульдожьи щеки, опухшие веки, печать смерти над губой, рытвины носогубных складок, разглажу канаву между бровями. И ни копейки за это не возьму.

Любовь разная бывает. Одна похожа на торт, другая на цветок, моя – эпидемия чумы. Прекрасно осознаю: нам никогда не жить вместе, надо разрубить канат, которым меня к Мухину привязало. А не могу! Чума – болезнь смертельная!

Если хочешь поймать преступника, думай, как он. Превратись в того, за кем охотишься, суди обо всем с его позиции. Но когда, наконец, все выяснишь, сбрось чужую личину, сожги ее, как одежду со вшами. Некоторые талантливые, умные, успешные следователи заигрываются и переходят на другую сторону баррикады. Полицейский и преступник очень похожи психологически..