Жизнерадостный характер итальянца подвергается испытанию в двух случаях — если надо торопиться или если погода пасмурная.

Японский мужчина на вопрос: «девушка или работа» всегда ответит «работа». Даже если он на свидании, а его срочно вызывают, он без всяких объяснений отправится на зов работодателя.

Представить себе, что девушка может быть самодостаточной и не нуждаться в партнере хотя бы временно, турецкому мужчине невероятно сложно.

Бразильские парни, как и представители некоторых других южных стран, «часов не наблюдают». То ли действительно жара так действует, но вовремя в стране не начинается ничего.

Феминизм правит канадскими мужчинами в мягкой форме, однако называть друг друга «бойфренд» и «герлфренд» здесь не принято — только «партнер».

Если среди потомков англосаксов еще и остались сексуально не закомплексованные мужчины, то это австралийцы и новозеландцы.

Мы все — попутчики в неисправном самолете.

Когда душа темна, видишь только темные сны. А если совсем темная — то и вовсе никаких

На самом-то деле сильных людей нигде нет — есть только те, которые делают вид.

Когда долго смотришь на море, начинаешь скучать по людям, а когда долго смотришь на людей — по морю.

Небо люблю. Сколько угодно могу на него смотреть — не надоедает. А когда не хочу, просто не смотрю.

— Слушай, может, нам с тобой объединиться в команду? Мы, за что ни возьмемся, все так славно получается! — А с чего начнем? — Давай пиво пить.

Хорошая шутка нынче все равно что перчатка: любой остряк в два счета вывернет ее наизнанку.

Старость только умным вредит, а дураков она совершенствует.

Хоть мимо рта кусок, а все же в мире Найду свою я порцию на пире.

А если, свойства женского лишенный, Не сможет мальчик плакать на заказ, Поправить дело луковица может: В платок ее припрятать незаметно - И поневоле станешь мокроглазым.

Любовь способна низкое прощать И в доблести пороки превращать, И не глазами - сердцем выбирает: За то ее слепой изображают.

И вот - любовь! Чем хороша она, Когда из рая сделать ад вольна?

Старый покерный блеф – показать, что у тебя хорошая карта, которой на самом деле нет. В работе оперативника случается этот блеф применять на особый манер: намекнуть на допросе, будто ты что-то разнюхал. Если намекать правильно и правильному человеку, то можно добиться самых неожиданных откровений.

Как вариант, убийство мог совершить неизвестный следствию подельник, полагавший, что двести на два не делятся. Рассуждать о подельнике «без лица и фигуры», этаком поручике Киже криминального мира, пока преждевременно, хотя мистера Икс нужно держать в уме.

Теперь, по крайней мере, точно известно, что человек действительно был убит, а не умер от естественных причин, скажем, от сердечного приступа. Кроме того, нельзя забывать, что убийца мог воспользоваться ножом или ядом, которые бы не оставили следов на костях, а значит, причину смерти выяснить не удалось бы. Так что надо сказать «спасибо» тяжелому тупому предмету.

Гуров задал еще ряд вопросов, но получил в ответ вновь невнятные телодвижения. Чем жила «карга», мало кто представлял. Между тем полковника терзали сомнения. Неужели истлевший мертвец – обычный вор, убитый хозяйкой гаража, когда та застала преступника за хищением добра?

Во-первых, череп в затылочной части раздроблен, как от удара. Вряд ли травма возникла при падении тела. Во-вторых, скелет лежал на видном месте, так что не заметить покойника было невозможно. Тот, кто закрывал «ракушку», прекрасно видел перед собой тело мужчины. То есть перед нами как минимум несообщение о смерти.

Никаких ценностей в «ракушке», само собой, не нашлось. Зато обнаружился полуистлевший труп неизвестного. О чем враз протрезвевший Максимов и сообщил участковому.

Мы просто подворотня, сквозь которую движется хоровод страстей и состояний.

Впечатления от жизни одинаковы во все времена — небо синее, трава зеленая, люди дрянь, но бывают приятные исключения.

Гуров принюхался и чуть улыбнулся, после чего, правда, тут же чихнул. Гостья щедро облилась духами «Красная Москва». Можно было, конечно, сказать, что это были просто похожие по запаху духи, но у полковника с детства была аллергия именно на этот аромат.

Гуров еще раз внимательно осмотрел стену, прикинул размер и понял, что в целом, если не знать, какая именно была идея, то можно было бы списать на дизайнерский ход. Тот, кто пытался спрятать тело в этой стене, даже побелил ее.

Кристина была мертвенно бледной, над губой блестели капельки пота, но при этом кожа была холодной и какой-то резиновой, безжизненной наощупь. Лев взял ее за запястье, чтобы пощупать, есть ли у нее пульс и не падает ли он, и понял, что вся безучастность Кристины и спокойствие на самом деле были признаками того, что ей очень плохо.

Пока она говорила, Гуров очень внимательно наблюдал за женщиной. За ее мимикой, взглядами, жестами. Первое впечатление после такого шока — самое важное. Не каждый человек, найдя труп, даже если он не знал этого человека раньше, может оставаться спокойным.

Он присел и, аккуратно сняв туфельку, посмотрел на левую ногу убитой. У той не хватало одного пальца, мизинца. Почему именно эта деталь засела у него в голове, полковник не помнил.

Мебель была убрана, рамы и наличники заклеены пленкой. А в центре, на расстеленном полиэтилене, лежал труп. Красивая, ухоженная, молодая женщина. Следов насильственной смерти, на первый взгляд, не видно. Одета дорого. Украшения на месте. Сильных следов разложения тоже нет. Выражение лица скорее удивленное, чем испуганное.

Грабитель быстро пришел в себя и попытался ногой ударить назад, как лягается норовистая лошадь. Однако мощный удар локтем в шею его тотчас же утихомирил. Гуров, который редко брал с собой наручники, наклонился и вытряхнул из упаковки новенький ремень. Прочный, широкий – вот и пригодился.

Девушка лежала в коридоре в нелепой позе без сознания. Из-за тесноты она свалилась прямо на гору вещей на полу. Халат задрался, обнажив худые ноги, тапки разлетелись в разные стороны. Посетитель врезал ей по виску чем-то тяжелым, и теперь по брови стекала струйка крови, а лопнувшая от удара кожа наливалась багрово-синей шишкой.

– Ты че! Урод! И снова раздался звук удара, теперь уже приглушенный. А потом грохот, какой издает человеческое тело при падении. Его опытный оперативник распознал мгновенно и стремительно метнулся на звук.

У парней вскипела кровь в охмелевших головах: один накинулся, остальные поддержали. Но потерпевший служил когда-то в ВДВ. Раскидал нападавших в разные стороны в два счета, тем пришлось улепетывать со всех ног. Парни от обиды за такой позорный финал в качестве трофея прихватили его рюкзак. В котором потерпевший нес домой… рога.

Стас болтал как обычно, был даже слишком весел. И Лев Иванович сразу почуял неладное – его друг и напарник имел привычку прикрывать плохое настроение шутками и бесконечным балагурством. Словно хотел хотя бы словесно отвести грозовую тучу, что повисла над головой.

Гуров был печален от мысли, что закон, который они представляют, так и не смог помочь несчастной женщине. Сухо отметил: – Адвоката для нее я пришлю другого. Мы виноваты перед ней, очень. Надо попытаться хоть что-то исправить.

Глаза Лыковой вмиг полыхнули яростью! Она решила вскочить, однако наручники, прикованные к вкрученному в пол столу, не позволили ей толком дернуться, максимум – приподнять ягодицы. Скулы напряглись, а волосы взъерошились, будто атакующие змеи медузы Горгоны.

Порывисто встав, Гуров приблизился к остолбеневшим девушкам. Те замерли, ожидая, что сейчас произойдет нечто непредсказуемое. Однако, будто по щелчку пальцев, опер выровнял тон и филигранно переключился на прежнее спокойствие. Девушки прочувствовали, что с таким человеком, который мастерски владеет собой, шутки плохи.

Камера видеонаблюдения выводила обзор на вход и выход из театра. В половине восьмого, когда все присутствующие в здании находились под воздействием вещества, распыленного из дым-машины, в фокус попала ретировавшаяся в спешке фигура.

— Лев Иванович, такое дело… это не суицид. Мышцы мягкие, тело еще не окоченело – всего пару градусов потеряло. Убийство произошло около часа назад. Повреждения, кроме характерных для опоясывания жгутом на шее, отсутствуют. Я еще тут пробегусь, конечно… но из важного, что стоит заметить – сначала наступила смерть, а потом уже тело повесили.

Надеясь, что будет услышан абонентом, Гуров хрипло выдавил: — Ленина пятьдесят четыре. Тело окончательно перестало слушаться: рука безвольно упала вниз, телефон выскользнул из расслабленных пальцев. Последнее, что он увидел, – внезапно возникшая суета перебегающих на сцене разноцветных пятен.

Невнятный, ослабевающий с каждым мигом голос супруги послышался приглушенно, рвано. Гуров лениво повернул голову к источнику звука и широко зевнул, прикрывая рот кулаком. То же действие выполнили Маша и Наташа, а следом, приложив головы друг к другу на плечи, мирно засопели.

Гурова, который заступил дежурить, выдернули с утра пораньше. На подъезде к городу, в посадках, нашли девчонку, лет пятнадцати-шестнадцати на вид, с разбитой головой. Документов у нее с собой не оказалось, а сказать девушка ничего не могла из-за того, что была без сознания.

Еще одним поводом для засады стало убийство, произошедшее в одном из районов города. Неизвестный попытался ограбить местного жителя, а когда тот оказал сопротивление, ударил его ножом. К несчастью преступника, у произошедшего оказалась пара свидетелей, которые опознали злоумышленника.

Четверых находящихся в доме мужчин уложили на пол со скрученными за спиной руками. Сопротивляться они особо и не пытались: то ли сработал эффект неожиданности – омоновцы подошли к дому бесшумно и ворвались внутрь внезапно – то ли задержанные сами поняли, что выступать здесь бесполезно.

Лев Иванович напрягся. И не зря. Потому что в следующую секунду мужчина резко оттолкнул его и бросился бежать вниз по лестнице. Гуров услышал, как вскрикнула Юлия, но ему было не до этого. Плюнув на рассыпавшиеся по полу подъезда бумаги, которые он взял для поддержания своей легенды, он побежал вниз.

Труп Олега Акимова действительно нашли в пруду у поселка чуть меньше месяца назад. Как установила экспертиза, в воде он успел поплавать примерно неделю. Обнаружили его с абсолютно пустыми карманами: без документов, кошелька, денег и телефона. Даже ключей от дома не было. Согласно заключению, смерть наступила не от утопления, а от смертельной раны на шее.

Схема преступлений во всех пяти случаях была одинаковая: неизвестные останавливали на безлюдной дороге машины, как правило, попрезентабельнее, расстреливали всех, кто в них находился, забирали все ценное, что есть, и скрывались. Потерпевшие, к слову, тоже были далеко не самыми бедными людьми.