«Каждый кузнец своего счастья»… Может, пора взять молот в руки?

Мало кто поймёт, какое это наслаждение — копаться в пожелтевших бумажках и извлекать из них на свет божий не просто эпизод из чьей-то жизни, а часть истории целой страны, которая как раз и состоит из таких вот крошечных фрагментов.

Девушка хорошо запомнила одну истину, когда год назад вместе с подругами путалась под ногами сыщиков в деле «Королевы Марго»: чаще всего преступления совершаются близкими людьми в отношении своих родных. Ревность, деньги, наследство, личная неприязнь — причин может быть тысяча.

Нам игрушка кажется смешной, нелепой, громоздкой, а у кого-то, может быть, это будет самым ярким воспоминанием из детства…

Они старались скрывать от окружающих эти хрупкие отношения, даже самым близким подругам девушка не решилась рассказать, но те и сами «сложили два и два»: жизненный опыт и склонность к авантюризму — сильное сочетание.

Задержанный «искуситель» сидел тем временем в углу комнаты на расшатанном стуле и смотрел в одну точку. Невысокий, кругленький, с глубокими залысинами и печальными блёклыми глазами, он совсем не походил на маньяка. Но нигде и не сказано, что маньяки выглядят как-то по-особенному.

— Дим, рюкзак. — Отдам за поцелуй. Прекрасно. Объятия были. Теперь это. Он ее сегодня хочет окончательно довести до инфаркта? — В детстве я не ставила тебе таких условий, котик. — Но мы больше не дети, Ась.

— Ты замерзла? — Н-нет. — Но ты вся дрожишь. — Это не от холода. — Волгина, ты скоро станешь вся синяя. — Как небо? — Как замороженная рыба. Пошли греться.

— Мне кажется, я умираю от любви, Ась. — У тебя это пройдет. — У меня это давно.

— Я буду любить тебя и без всяких достижений, колючка. Ты же знаешь, да? В груди затрепетало. Дыхание оборвалось. Он так мягко произнес это «люблю», что Ася всерьез задумалась, нет ли в его аптечке нашатыря на случай, если она упадет в обморок. Конечно, он имел в виду, как подругу, но ее разум уже растворился в розовой сахарной вате, вопя от счастья.

Возможно, чтобы нас любили, недостаточно просто стараться. Нужно, чтобы другой человек тоже этого хотел.

Эванджелина помнила, как тем вечером уговаривала себя не оборачиваться. Не смотреть на него. А когда все же сделала это, то старалась не задерживать на нем взгляд дольше секунды. Но это оказалось невозможно. Джекс был луной, а она — приливом, управляемым его непреодолимой силой. И это не изменилось.

Я больше не думаю, что любовь — это гарантия победы или счастливой жизни. Любовь — это причина бороться. Знаю, моя попытка спасти Джекса может закончиться огненным взрывом, но я лучше сгорю вместе с ним, чем буду смотреть, как он сгорает в одиночку.

Но меня больше не заботят происки судьбы — не хочу, чтобы она решала за меня, чтобы отбирала у меня это право выбора. Я сама приняла решение, Джекс. Я выбрала тебя. И буду выбирать всегда, до скончания времен. Буду бороться с судьбой и со всеми, кто попытается нас разлучить — включая тебя. Ты — мой выбор. Ты — моя любовь. Ты — мой.

Давным-давно девушка, которая искренне верила в сказки, украла сердце прекрасного принца, некогда давшего клятву никогда не влюбляться.

Я чудовище, но, помнишь ты об этом или нет, я — твое чудовище, Эванджелина.

И он любил ее. Он любил ее. Он любил ее. Он любил ее. Любил так сильно, что переписал собственную историю.

В Кастильмо у меня тоже появилась новая жизнь. Да, опасная. Да, та жизнь, которой никто не позавидует. Да, жизнь, от которой любой нормальный человек попытается сбежать. Но она была моя. Я чувствовала это каждой клеточкой души. И я должна прожить ее, какие бы трудности ни попадались на пути и как бы страх ни плел паутину вокруг сердца.

Люди чаще готовы добровольно поверить лжи, нежели принять горькую правду.

— Я вообще не должен был с тобой сближаться, Эстела. — Злишься, что маска уверенного альфа-самца слетела, красавчик? — прошептала я. — Не нужно. У каждого в жизни должен быть человек, который знает его секреты.

Когда хочет, человек находит светлое даже в темноте. Даже если его там нет. Всегда легче приписать человеку, который нам нравится, положительные черты, чем признать, что любим мы их такими ужасными, какие они есть на самом деле.

Ведьма с желтыми глазами, которая явилась ко мне в видении при чтении книги Эрнандеса Гарсии, была не кто иная, как Королева ведьм. Но что нужно от меня самой главной ведьме? И почему она выглядела такой разъяренной? Была ли ее ненависть направлена именно на меня или на всех, кто был причастен к сожжению ведьм?

— Ты хорошо играла, — сказала она, улыбаясь, словно не поддавалась мне. — Ну, я училась у лучшей, — подмигнула я ей, все равно чувствуя, как азарт и радость от победы наполняют меня. — И это самое главное. Ведь порой даже такие на первый взгляд незначительные умения, как игра в карты, могут обрести куда более глубокий смысл и, возможно, однажды спасти жизнь.

Ты самый смелый и удивительный человек из всех, кого я встречал.

Музыка обволакивала меня, каждая нота превращалась в спасительную нить, которая латала дыры моего рушащегося рассудка. Я вкладывала в танец всю душу, выплескивая наружу боль и отчаяние.

Танцы были моей единственной отдушиной. Только на занятиях я чувствовала себя счастливой. Они вселяли надежду на то, что все будет хорошо. Моя жизнь не должна превратиться в настоящий кошмар, даже если сейчас все очень сложно

Если бы мне пришлось отказаться от всего ради одного дня — одной минуты — с тобой, я бы сделал это.

Я не понимала, как такое возможно, что в одном и том же мире бок о бок существуют люди, одни из которых имеют так много... а другие — почти ничего.

Я готова была шагнуть за ним в пропасть, если он скажет мне это сделать. Никогда прежде я не доверяла никому так безоговорочно.

Он — один из самых лучших людей, которых я когда-либо встречала. А я собираюсь шарить в глубинах своей души, чтобы составить список того, что с ним не так.

Это не конец света — вовсе нет. Это просто жизнь. И все могло быть гораздо хуже.

В реальном мире мы иногда влюбляемся в таких людей, которые недоступны, или в таких, с которыми в итоге никогда вместе и не будем.

Холодный весенний ветер не знает жалости, он заставляет парочки идти, прижавшись друг к дружке.

Кошмарная суть любви заключается в том, что как только ты кого-то полюбишь, то уже будешь не в силах заставить себя его разлюбить

Но когда я слышу ее смех, я слышу и свой собственный. Когда я думаю о счастье, я думаю о ней. И я не знаю ни одного мужчины на этой планете, который бы согласился променять все это на что-то меньшее.

Иногда я холодею, слушая его истории. Иногда мне хочется плакать. Но я всегда представляю, кем бы он мог стать, если бы его жизнь приняла иной оборот. И испытываю извращенную радость от того, что все сложилось именно так. Ведь если бы его жизнь действительно приняла другой оборот, мы бы никогда не встретились.

— Что ты делаешь? — Все, что захочу

Черт, раньше мне казалось, что в личной жизни творится полный бардак, но это какой-то совершенно новый уровень.

У пташки есть коготки.

Вампиры, как вид, стремятся к завоеванию. Их культурная идентичность была связана с вызовами, и как мужчины, так и женщины-вампиры преследовали свои цели с непоколебимой целеустремленностью.

Каждый раз, садясь в машину, папа ожидал, что он --- или мы с мамой, что было для него бесконечно хуже, --- не переживем поездку. Каждая поездка была почти смертельным опытом.

Мужчины берут в руки оружие по разным причинам. Иногда — чтобы наказать, иногда — чтобы запугать. Но когда это делает женщина, причина только одна — убийство.

Земля -- это дом. Нет неба красивее, нет травы зеленее, и нет места, которое казалось бы настолько же правильным.

Гостиница питалась и за счет окружающей среды, но основную часть своей жизненной энергии получала от гостей и от меня.

Волнующее осознание того, что где-то за космическим горизонтом ждет нечто тайное и захватывающее. Нечто, чего ты никогда раньше не видел и, вероятно, никогда больше не увидишь.