– Как вам всем известно, я очень дружелюбна… Кто-то хихикает. Вивиан поворачивается и бросает на него холодный пронзительный взгляд. Смех затихает. – Вот почему у меня при себе много друзей! – Ее голос отражается от сводчатого потолка. – Нож за поясом, нож в рукаве, нож в ботинке. Когда я отправляюсь на задание без ботинок, пояса или рукавов, то прячу нож в трусах.

– В шпионской академии? – Я хмурюсь. – И как давно она существует? – Около двух тысяч лет, со времен римлян. Теперь мы секретная часть британского правительства. Если посмотришь список британских военных разведслужб, то увидишь МИ-1, МИ-2 и так далее. Самые известные – МИ-5 и МИ-6. – Ну да. Джеймс Бонд… – Список доходит до МИ-19. Но нигде в открытых источниках не упоминается МИ-13.

Я хмуро смотрю на него: – Нет, ты что-то путаешь. – Я говорю медленно, словно объясняю маленькому ребенку. – Нет у меня никакой магии. Я обычный человек. Мой папа – скучная финансовая шишка, его зовут Уолтер; а мама… Ну, с моей мамой ты уже знаком. – Но у тебя есть магия. Редкая форма магии. Ты – Страж.

– Я с вами не поеду, – говорю я, собрав всю уверенность, на которую способна. Ничего подобного не входит в мои планы. Через неделю у меня билет домой; все мои вещи в отеле. Я не из тех, кто хорошо справляется со стрессом. Я еле жива. И сейчас у меня нет желания подвергать себя еще большей опасности. Вивиан поднимает меч, приставив лезвие к моему горлу: – Дело в том, что мы и не спрашиваем.

Он бросает на меня пронзительный взгляд, и я узнаю эти жуткие серебристые глаза и прямые черные брови. Он возвышается над всеми остальными и выглядит в миллион раз огромнее; его плечи широки как дверной проем. Так вот каким стал Рафаэль Ланселот – прекрасный полуфейри, разбивший мне сердце…

Делаю еще шаг назад. Алеина в панике выкрикивает мое имя. Вокруг переливается фиолетовый туман, мои внутренности сжимаются. Туманная Завеса сгущается и затягивает меня. Магия струится по коже, заставляя стучать зубы. Мысли путаются, тело холодеет. Я внутри Завесы. Значит, сейчас я умру…

Я готов сокрушить все миры, пересечь все небеса и моря в погоне за ее светом. И я никогда не остановлюсь.

Доброта не предоставляется даром. Рано или поздно за нее приходится расплачиваться.

В каждом из нас таится тьма, и отчаянное стремление выжить порой обнажает самые жестокие стороны человеческой души.

Любовь способна принести больше тьмы, чем мы можем себе представить. Они впускают тьму, сжигают дотла миры, рушат империи — все ради спасения дорогих им людей.

Я готов сокрушить все миры, пересечь все небеса и моря в погоне за ее светом.

Я бы пошла за твоей тьмой сквозь небеса и моря.

И, когда я это пишу, я осознаю, что память – такой же акт творения, как и свидетельство очевидца, и что одно без другого – как дерево без ствола, крылья без птицы, книга без повествования.

Опыт – это всего лишь мгновение. Осмысление же этого момента и есть жизнь.

Зои начинала убеждаться, что стоит в спальне мейнардского серийного убийцы. Ей нужно уходить отсюда. Она заталкивала одежду обратно, и тут ее внимание привлекло нечто другое. Черные прямоугольные контуры под кроватью. Обувная коробка. Трясущимися руками Зои вытащила коробку и подняла крышку…

Мужчина замешкался еще на секунду, и Майки начал интересоваться, нет ли у него причин мешкать. Не тот ли это человек, которого они ищут? Он повернул фонарик, луч высветил одежду водителя. Его рубашка была заляпана соусом барбекю или чем-то в этом роде. Майки сдвинул луч вверх, к лицу…

Ей хотелось, чтобы она могла вернуться в прошлое и сказать братику: теперь она понимает. Что наконец-то осознала, какой страшной бывает темнота. Потому что в настоящей темноте тебе остается лишь твое воображение.

Соотношение – штука деликатная. Слишком много формалина – и ее тело станет жестким, с ним будет не управиться. Слишком мало – и через несколько лет она начнет разлагаться. Он хотел провести с ней все свои дни до конца. Можно ли экономить на формалине? Что важнее – гибкость или лишние десять лет в его обществе?

Не знай Тейтум заранее, что женщина мертва, он решил бы, что она просто наслаждается солнечным днем. Подойдя ближе, агент увидел, что тело усажено в такую позу, будто женщина закрывает лицо руками.

Успех, овации, тщеславие, самолюбие, богема, каботинство, самомнение, бахвальство, болтовня, сплетни, интриги — опасные бациллы, опасные, дорогие мои, для молодого организма неискушенного новичка.

Чехов — неисчерпаем, потому что, несмотря на обыденщину, которую он будто бы всегда изображает, он говорит всегда, в своем основном, духовном лейтмотиве, не о случайном, не о частном, а о Человеческом с большой буквы.

Искусство рождается тогда, когда создается непрерывная линия звука, рисунка, движения. Пока существуют отдельные звуки вместо музыки, отдельные черточки вместо рисунка, отдельные импульсы вместо движения — не может идти речи ни о музыке, ни о живописи, ни о сценическом искусстве.

Ганнибал способен одновременно следовать нескольким ходам мысли, не отвлекаясь ни от одного из них, и один из таких ходов всегда избирается им для собственного развлечения.

Мой мир – мир Хиросимы – вспыхнул и исчез в одно мгновение. Твой мир тоже был вырван из твоих рук. Теперь у нас с тобой есть мир, который мы творим сами – вместе. В этот самый момент. В этой самой комнате.

Лицо Ганнибала было поразительно неподвижным, жили только глаза; ему казалось, что вокруг всего, что он видит, возник красный ореол.

Ганнибал Лектер, последний потомок древнего рода, стоял в замке своего детства, вглядываясь в пустую раму от картины, и понимал, что он одновременно и потомок этого рода и не потомок этого рода.

Он вздрогнул и затих – так умирает птица.

Старлинг повернулась и увидела все сразу как единый, целостный образ, которому предстояло оставаться с ней на протяжении всей ее жизни.

По правде сказать, в среде психиатров так и не сложилось единого мнения относительно того, можно ли называть доктора Лектера человеком. Его коллеги по профессии, многие из которых опасаются его ядовитых статей в профессиональных журналах, долгое время считают его явлением потусторонним, исчадием ада, самим Дьяволом. Для удобства они именуют его монстр.

Старлинг отлично знала, что говорят в их конторе по поводу федеральных инспекторов: это те, кто прибывает на поле битвы после того, как сражение окончено, чтобы добить раненых.

Старлинг добилась успеха во время учебы в Академии ФБР, потому что ей некуда было отступать.

Старлинг обнаружила, что она почему-то сидит, голову сбоку жутко саднит, дыхание перехватило.

Внезапно в салоне ожила рация, и Михаил, казалось, запаниковал. Тем не менее, он так же машинально кивнул патрульному на посту и выехал из города. Казалось, что в одну секунду их поглотила ночь.

Девушкам так сильно не хотелось домой, что они готовы были поехать куда угодно, так как ничего хуже собственного мира они представить не могли.

Когда перед потерпевшей выстроились пять мужчин в форме, перед ее глазами все уже плыло. Это не она вглядывалась в лица — это они, как под микроскопом, изучали ее.

«Да черт возьми, опять поторопились!» — с раздражением пробормотал патологоанатом, обнаружив, что девушка на столе для вскрытия еще жива.

Впервые он утратил контроль над собой и над ситуацией, и это его испугало.

«А тебе не говорили, что слушать маму надо? Не говорили, что ночью шляться по улицам не надо и в чужие машины прыгать тоже не нужно? Мне, думаешь, хочется вас всех учить?..»

Вот имена сынов Израилевых, которые вошли в Египет с Иаковом [отцом их], вошли каждый со [всем] домом своим: Рувим, Симеон, Левий и Иуда, Иссахар, Завулон и Вениамин, Дан и Неффалим, Гад и Асир. [Исх 1:1-4]

Змей был хитрее всех зверей полевых, которых создал Господь Бог. И сказал змей жене: подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю? И сказала жена змею: плоды с дерев мы можем есть, только плодов дерева, которое среди рая, сказал Бог, не ешьте их и не прикасайтесь к ним, чтобы вам не умереть. [Быт 3:1-3]

Так совершены небо и земля и все воинство их. И совершил Бог к седьмому дню дела Свои, которые Он делал, и почил в день седьмый от всех дел Своих, которые делал. [Быт 2-1-2]

В начале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою. [Быт 1:1-2]

Спускаясь по лестнице, этажом ниже Марк заприметил старушку, которая шустро шмыгнула за дверь своей квартиры, однако так ее и не закрыла. Что ж, отлично: любопытные соседи – идеальные свидетели.

Каждый фуд-блогер мнит себя искушенным критиком, хотя не может отличить фуа-гра от куриной печенки.

Этот модный и самый богемный район столицы – «Патрики», как его называли местные жители, – славился дорогой недвижимостью, топовыми ресторанами и бутиками, где продавались сумки по цене простенькой легковушки. Этакий элитный клуб, членство в котором можно получить лишь вместе с ключами от квартиры.

От него ждали новых книг и сенсаций, а он перебивался статьями о коррупционерах и банкротстве очередного застройщика и ждал настоящую историю. Такую, как дело Анжелики… Да, знал бы Алекс, в какой творческой заднице он сейчас оказался, – не тратил бы деньги на заказные статьи.

Он отхлебнул еле теплый американо, который вдруг оказался особенно горьким. Десять лет – ровно столько потребовалось ему, чтобы забыть грязный развод и помои, вылитые на него в СМИ. Десять лет, чтобы отпустить прошлое и снова писать.

Выпав однажды из литературной тусовки, он особо не стремился обратно. Но и не мог игнорировать намеки и сплетни, долетавшие до него, словно ядовитые стрелы, и удивительно походившие на содержание этой статьи.

Внезапный треск в кустах заставил Никиту вздрогнуть. Не раздумывая, он рванулся вперед. Желтый луч нервно запрыгал по веткам, выхватывая из мрака то один куст, то другой. На мгновение ему показалось, что в глубине чащи ветви действительно качнулись сильнее, чем от ветра. Или почудилось?

Ей во всем сегодня сопутствовала удача, словно звезды помогали. Увидев в столовой Бориса, поглощающего ужин в одиночестве, Туся только кивнула сама себе: у нее все получится. Она убьет козла, как и расписала в красках девчатам на ресепшен. Козла, который всех замучил.