Подавляющее большинство людей об убийстве даже и помыслить не может. Но есть и такие, у которых эмоциональные тормоза, не дающие нам кого-то убить, полностью отсутствуют. Мне не требовалось знать жизнеописание Джерри Синтона, чтобы увидеть перед собой убийцу. Иногда это видно сразу. Человек, нависавший в тот момент надо мной, не испытывал к другим живым душам ровно никаких чувств.

Стащив с рук кастеты, я бросил их на кипу бумаг на столе. Кеннеди опустил ноги на пол, подхватил один из них, нацепил на руку, прикинул смертоносный вес в пальцах и сбросил с руки обратно на пачку документов. – Кастетами, выходит, балуемся, Эдди? – Это пресс-папье, – надменно ответствовал я. – Чтобы бумажки не разлетались. Закон дозволяет. Так где ордер?

Вампиры, как вид, стремятся к завоеванию. Их культурная идентичность была связана с вызовами, и как мужчины, так и женщины-вампиры преследовали свои цели с непоколебимой целеустремленностью.

Каждый раз, садясь в машину, папа ожидал, что он --- или мы с мамой, что было для него бесконечно хуже, --- не переживем поездку. Каждая поездка была почти смертельным опытом.

Мужчины берут в руки оружие по разным причинам. Иногда — чтобы наказать, иногда — чтобы запугать. Но когда это делает женщина, причина только одна — убийство.

Земля -- это дом. Нет неба красивее, нет травы зеленее, и нет места, которое казалось бы настолько же правильным.

Гостиница питалась и за счет окружающей среды, но основную часть своей жизненной энергии получала от гостей и от меня.

Волнующее осознание того, что где-то за космическим горизонтом ждет нечто тайное и захватывающее. Нечто, чего ты никогда раньше не видел и, вероятно, никогда больше не увидишь.

Возможно, твое находит тебя только тогда, когда ты к этому готов. Даже если находится до невозможного рядом.

Слепое обожание может привести к страшным последствиям. И нужно уметь вовремя остановиться. Найти в себе на это силы. Проигрыш тоже может спасти жизнь.

С этой минуты все твои решения будут опытом, а не промахами.

Только по-настоящему любящий человек может ставить счастье другого превыше своего.

Только любовь нельзя проигнорировать, с ней невозможно договориться и попросить отступить. Она приходит и клеймит, хочешь ты этого или нет.

Если для любви достаточно одного взгляда, то для ненависти — одного слова.

Жизнь продолжается и в других местах. И нравится это или нет, но не только дети нуждаются в защитниках. Иногда они нужны и родителям.

Несмотря на то, что я стала успешной и самостоятельной, нити, связывающие меня с мамой, по-прежнему крепки, и их сложнее разорвать, чем я считала. Теперь они уже не сокрыты в глубинах прошлого. Из-за того, что я приехала сюда, они выступили на поверхность, точно корни старых дубов, окружающих меня – скрученные, узловатые... и о них легко споткнуться.

Никаких громких разговоров. Никакого взволнованного гула. Трагические обстоятельства, окружающие этот байу, сделались для всех реальностью. И реальность накрыла этот город мокрым, тяжелым одеялом.

Нужно быть осторожнее. Эти кассеты могут превратиться в зыбучие пески и затянуть меня в прошлое, которое я, возможно, не пожелаю вспоминать.

Уязвимость начинается там, где тебе есть что терять.

Иногда мы делаем что-то ради забавы и не осознаём последствий. Так уж устроена жизнь.

«— Ты — смысл моей проклятой жизни, Виттория. Я умру, если потеряю тебя».

«Я буду изо всех сил защищать тебя. Я буду любить тебя до самой смерти. С этой минуты я живу ради тебя, моя драгоценная жена».

«— Я заставлю тебя полюбить меня так сильно, что ты не сможешь без меня жить. Я стану твоим богом, ты будешь на меня молиться. — А я буду любить тебя так, будто ты — спасение моей души».

«Каждый день меня окружают красивые женщины, но ни одна из них не притягивает меня так, как эта маленькая лань с необузданными локонами и невинными глазами».

Старый покерный блеф – показать, что у тебя хорошая карта, которой на самом деле нет. В работе оперативника случается этот блеф применять на особый манер: намекнуть на допросе, будто ты что-то разнюхал. Если намекать правильно и правильному человеку, то можно добиться самых неожиданных откровений.

Как вариант, убийство мог совершить неизвестный следствию подельник, полагавший, что двести на два не делятся. Рассуждать о подельнике «без лица и фигуры», этаком поручике Киже криминального мира, пока преждевременно, хотя мистера Икс нужно держать в уме.

Теперь, по крайней мере, точно известно, что человек действительно был убит, а не умер от естественных причин, скажем, от сердечного приступа. Кроме того, нельзя забывать, что убийца мог воспользоваться ножом или ядом, которые бы не оставили следов на костях, а значит, причину смерти выяснить не удалось бы. Так что надо сказать «спасибо» тяжелому тупому предмету.

Гуров задал еще ряд вопросов, но получил в ответ вновь невнятные телодвижения. Чем жила «карга», мало кто представлял. Между тем полковника терзали сомнения. Неужели истлевший мертвец – обычный вор, убитый хозяйкой гаража, когда та застала преступника за хищением добра?

Во-первых, череп в затылочной части раздроблен, как от удара. Вряд ли травма возникла при падении тела. Во-вторых, скелет лежал на видном месте, так что не заметить покойника было невозможно. Тот, кто закрывал «ракушку», прекрасно видел перед собой тело мужчины. То есть перед нами как минимум несообщение о смерти.

Никаких ценностей в «ракушке», само собой, не нашлось. Зато обнаружился полуистлевший труп неизвестного. О чем враз протрезвевший Максимов и сообщил участковому.

В такие моменты, когда все огни гаснут, любовь сестры, или поддержка сообщества, или даже любовный роман не дают рухнуть пустым камерам вашего сердца.

Мы — две стороны одного зеркала, идеальные отражения друг друга, не способные пробить стекло.

Неудобный факт номер один: невозможно злиться на человека, который несет тебя с горы. Неудобный факт номер два: когда тебя несет с горы человек, к которому ты активно пытаешься не испытывать влечения, эффект бывает прямо противоположный.

Деми, у нас в Айвори-хаусе строгие правила, — резко заявил доктор. — Умение держать язык за зубами — одно из главных качеств, которые мы ожидаем от человека на вашем месте. Вам предстоит прибираться в определенных зонах, в которых не бывает никто, кроме членов нашей семьи.

По пути поглядывала по сторонам. Все сразу охватить не удалось, но одно я заметила наверняка: весь интерьер был выдержан в разных оттенках белого — кремовом, белоснежном, цвета слоновой кости и светло-бежевом. Первый раз видела настолько странный дом. Какое-то отталкивающее великолепие…

Что-то тут не так… Чувство было вполне осязаемым. Четыре года назад я попала в лапы негодяев, удерживавших меня в шкафу. Тогда во мне и развилась сильнейшая интуиция.

Бывают в жизни моменты — своеобразные развилки, когда стоишь, смотришь по сторонам и понимаешь: вот путь, который тебе нужен, а вот другой, по которому ты на самом деле хочешь пойти. Увы, порой нужная дорога оказывается самой болезненной.

Медленно развернувшись, я попыталась проникнуть взглядом в темноту. Мебель и торшер отбрасывали густые тени, картины на стенах выделялись черными пятнами. Человек опасается темноты не из-за отсутствия света, а потому что боится, куда его заведет воображение. Коснувшись стены, я с трудом нащупала выключатель, нажала на клавишу и отшатнулась, зажав рот рукой.

Мне не хватало цвета. Только сейчас я поняла, как много его было в моей предыдущей жизни. Теперь я существовала в мире ослепляющей белизны и боли.

Кошмары — это все то, что мы не осмеливаемся увидеть во сне.

Поэты любят тебя во весь голос. Лжецы желают тайком. Что выберешь? Поэта или лжеца?

Ненависть — это всего лишь любовь, потерявшая надежду.

Для меня ты всегда была лишь напоминанием о другой.

Его взгляд был притягательным, но именно безумие делало его незабываемым.

Вот в чем обман сказок, девочка моя: тебя заставляют поверить в то, что ты принцесса, даже если ты родилась королевой.

Вместе они становились лучшей версией себя. Увереннее, сильнее, смелее.

Аня до сих пор помнила, что такое первая любовь и как болит разбитое вдребезги сердце.

Когда любишь кого-то, то уже не принадлежишь себе – ты во власти того, кому доверил свое сердце.

– А знаешь, что полагается рыцарю, одолевшему дракона? – насмешливо спросил он, наклоняясь к ее лицу. Лена застыла, пойманная в ловушку его глаз, и захлопала длинными ресницами. – Реферат по культурологии? – неловко спросила она.

Но суть в том, что неважно, разбираешься ты в людях или нет, рано или поздно найдется тот, кто ударит тебя со спины.