Многолетний начальник канцелярии Потемкина Попов после смерти патрона дослужился до генеральских чинов и в качестве президента Мануфактур-коллегии (нечто вроде тогдашних Министерства экономики и Министерства легкой промышленности, вместе взятых) пользовался правом личного доклада императору.

Еще до окончания войны Бестужев попал в самое что ни на есть идиотское положение. Англичане в конце концов решили, что с Фридрихом выгоднее не воевать, а дружить – он соглашался в обмен на солидные субсидии беречь Ганновер, как свое собственное королевство. Достигнув своих целей, англичане быстренько перестали субсидировать антипрусскую коалицию и недвусмысленно потребовали от Бестужева...

Начнем с того, что свое астрономическое по тогдашним (и не только) меркам состояние Меншиков сколачивал самыми разными путями, используя все возможности, какие только подворачивались. Брал взятки, благо имел к тому полную возможность как обладатель многих высоких постов. Крал казенные деньги – как в случае с Обводным каналом от Волхова к истоку Невы.

Но княжну он действительно утопил. Некоторые исследователи считают, что это было натуральное жертвоприношение, опираясь на старые предания о том, как Разину накануне выхода в море явился во сне «Иван Горинович», водяной, хозяин Яика. И попенял Разину: уже три года тот плавает в том числе и по его владениям, а жертвы так и не принес. Вот Разин, проснувшись, княжну и утопил...

Денежное обращение Московского государства особой сложностью не отличалось. Медных денег наши предки еще не знали, ходили всего два вида серебряных – «деньга» и «копейка» (вдвое больше величиной и номиналом «деньги»). Были они совсем небольшими, некруглыми, а скорее напоминавшими по форме арбузное семечко (но пользовались довольно высокой покупательной способностью).

XI век выбран не случайно. Именно тогда появляется знаменитая «Русская правда» князя Ярослава Мудрого, представляющая собой первый писаный уголовный кодекс, где подробно перечислены разные виды преступлений и наказаний за них. Еще раньше, примерно на двести лет, появился Церковный устав Владимира Крестителя, где тоже немало места отведено наказаниям за разные преступления.

Бальдур поцокал языкам. – Знаешь, он не единственный, кто играет в эту игру. Но он – один из немногих, кто в результате становится от этого еще омерзительнее. Худшего притворства я в жизни не видывал. У людей, когда они читают Библию, глаза бегают по строчкам. У него – нет. Держу пари, он просто сидит и мысленно разыгрывает свои больные фантазии с детьми.

Вчитываться не пришлось. Взгляд зацепился за имя обвинителя, и Хюльдар даже вскочил от неожиданности: Бенедикт Тофт, человек, умерший в подземном гараже.

Единственный свидетель по делу об отрубленных руках был мертв. На бетонном полу подземного гаража лежал Бенедикт Тофт, отставной прокурор и владелец дома, возле которого были найдены те самые руки. Теперь рассчитывать на его показания уже не приходилось.

Трёстюр с силой – так, что побелели костяшки пальцев – сжал подлокотники кресла. Черные тату проступили почти рельефно, и Хюльдар вроде даже разобрал слово ultio на левой руке и dulcis на правой. Ни первое, ни второе ничего ему не говорили.

Ухватившись за болтающуюся крышку, Хюльдар попытался вернуть ее на место и, собравшись с силами, позвал на помощь. Снова налетел ветер. Мышцы горели от напряжения, глаза слезились, а Хюльдар не мог даже поднять руку. В какой-то момент он пожалел, что не сидит в офисе, разбираясь в банальной школьной загадке. Потому что там, в окрашенной красным воде, плавали две человеческие руки.

Хюльдар нашел нужное письмо и прочитал еще раз про себя. «В 2016 умрут следующие люди: К, С, БТ, ЙЙ, ПВ и Э. Скорбеть по ним никто не станет. А уж я – меньше всех. Жду не дождусь». И никаких сердечек или улыбающихся рожиц.

Только сейчас я понял, что искал уединения, и потому стре¬мился уйти в Океан или в тишину полярного холода, в высокие горы. И так я привык, чуть что, — и уже в одиночку огибаю земной шар на яхте или воздушном шаре, чтобы уйти в самого себя. Однако сейчас я нашёл самое тихое и безмятежное место, куда человек может удалиться, — это его душа.

В мой смертный час, Господи, что я буду вспоминать? Оке¬ан или сушу? Я не знаю, где я больше люблю находиться— на твердой земле или на волнах океана. Я построил храм, а кто в нём будет служить? Я построил лодки, а кто на них будет плавать? Глядя с качающейся вёсельной лодки на океан, я глубоко вздыхаю.

Когда я дрожал от холода на пути к Южному полюсу, Ты, Господь, приходил ко мне и отогревал моё тело. А оно, моё тело, мерзкое, но Ты не устыдился и не побрезговал моими грехами и прикоснулся меня. И я понял и ужаснулся, какая у Тебя доброта. Ты любишь не только праведных, но и греш¬ников, как я.

Сейчас ночи тёмные, нет луны. Я уже две луны нахожусь в плавании. Время, в течении которого Луна совершает полный оборот вокруг своей оси, равно времени её полного оборота вокруг Земли — 29,5 дней, и поэтому Луна всегда повернута к нам одной и той же стороной. Солнце тоже совершает пол¬ный оборот вокруг своей оси приблизительно за 25 дней.

Встречный ветер. Здесь, в океане, он извечный враг. Он не¬сёт внешний мрак. Господи, учти мои страдания на веслах. Если меня отнесёт обратно, то я потеряю пройденные мили, которые дались с таким трудом и со слезами на щеках. Госпо¬ди, просветли сумрачное моё лицо.

Этим утром я бросил в Океан бутылку с посланием. И мне нет дела, если сие послание будет странствовать долгие годы в Южном океане. И мне даже не важно, найдёт его кто-нибудь с моими координатами. Не в послании суть послания.

Несколько месяцев Минин, Пожарский и другие организаторы ополчения оставались в Нижнем Новгороде, где формировалось не только войско, но и новый представительный властный орган. Это был «Совет всея земли», который станет претендовать на роль высшей властной инстанции – в противовес подмосковному Совету Трубецкого и Заруцкого.

Москва горела несколько дней. Ночью было светло как днем. Посад пылал на огромном пространстве, куда доставал взгляд.

В апреле-мае Совет земли принял множество постановлений, которые 30 июня были объединены в обширный приговор, включавший как прежние решения, так и новые узаконения. Это была своего рода Земская конституция 1611 года.

За заговором против Шуйского стоял самый влиятельный среди русских претендентов на трон Василий Васильевич Голицын. Он в свое время казнил Федора Годунова, он руководил убийством Лжедмитрия I. Он вдохновлял и взявшего на себя непосредственное исполнение свержения Шуйского Захария Ляпунова.

С расправой над Лжедмитрием ясно все было москвичам, да и то не всем. Остальная Россия осталась в недоумении. На этом фоне появление слухов о спасшемся в Москве «царе Дмитрии» вызвало мощное брожение в народе и стало поводом для серьезных антиправительственных выступлений.

Другим важнейшим событием стало утверждение патриаршества. Это явилось следствием многоходовой интриги, которую с успехом осуществили Федор и Борис Годуновы.

Трещилов склонился к лежащему на земле банкиру и отпрянул назад. Лицо Мякоткина было обезображено, вместо правой глазницы зияла дыра, в глубине которой пенился кровью бледно-розовый мозг.

На первый выстрел никто не обратил внимания. Живко слышал, как у него за спиной что-то резко хлопнуло, но оборачиваться не стал.

Желающих забраться по узкой стреле на самый верх не было. Памятник Ленину с постаментом возвышался над площадью на 13 метров. Одно неосторожное движение - и смельчак, решивший поиграть в верхолаза, превратился бы в лепешку.

Сара Блант прекрасно знала, что, несмотря на все перемены в России, слово «секс» и в разговорной, и письменной речи по-прежнему оставалось табуированным, вызывающим и неприличным.

Водка была теплой, отдавала ацетоном и еще какой-то химией. Чтобы она не вырвалась наружу, Сергей немедленно запил ее соком и пошел покурить на улицу. После первой же затяжки он слегка опьянел, повеселел и решил выпить еще сто граммов, но уже в другом месте.

Как всегда при появлении на горизонте новой женщины, Сергей почувствовал небывалый подъем. Жизненные силы в нем забурлили, мысли стали ясными и четкими, словно он пару месяцев вел здоровый образ жизни на отдаленной таежной заимке.

Человеку свойственно размышлять об абстрактных материях, особенно в том возрасте, когда все, что он в этой жизни мог, он уже сделал, а силы ещё есть, и при этом вокруг нет ни войны, ни революции, и всё идёт как идет. Бежать некуда и пока незачем, спасаться не от кого и, что немаловажно, борьба за кусок хлеба и крышу над головой выиграна — по крайней мере для него и его ближайших наследников. Тут в

Мир изменился. Он менялся постепенно и те, кто им ещё вчера командовали как хотели, этого не заметили и не поняли. Они по-прежнему делают всем замечания по любому поводу, признают или не признают президентов и правительства, устраивают или пытаются устроить перевороты, ссылаются на международное право, интерпретируя его в собственных интересах, накладывают санкции, требуют и критикуют...

Печально, когда приходится в очередной раз разочаровываться в человечестве. Но, наверное, ничего с этим не поделаешь. Такое уж оно. Не так печально, когда происходит это из-за очередной партии, тем более, партии-неудачника. Вечного, с начала 90-х, борца за власть и президентство, которая все свои шансы упустила так давно, что многие в стране уже и не помнят, когда это было — родились позже.

Предложение Польши, обращённое к ФРГ, использовать вместо "Северного потока — 2" для поставок природного газа в Европу, их собственную трубопроводную систему "Baltic Pipe", поражает своей оригинальностью. Такой аттракцион невиданной щедрости... Редко когда цирк на конной тяге таких масштабов можно увидеть. Во всяком случае в Европе.

Насчёт того, что Навального не могли отравить "Новичком", потому, что это газ, не говорил и не писал нигде. Его, как и Скрипалей, им не могли отравить совершенно по другой причине. Боевое ОВ — это штука, применение которой заточено на горы трупов. Которых ни в Солсбери нет, ни в Омске. А был бы "Новичок", в какой угодно форме, были бы трупы.

Ну, ладно. Чего по прошлому страдать? Его не вернёшь. Хотя бы воспоминания сохранить — уже хорошо. Что были мы в космосе, были в Антарктиде, были в глубинах океанских. Что не всё деньгами мерили и были в стране такие люди, которыми весь мир до сих пор гордится. И это точно не те, кто сейчас в высоких кабинетах сидит.

Овощные оладьи нравятся детям и взрослым. Это блюдо готовят на завтрак и на обед. А если их промазать смесью творога и чеснока, сложив стопкой, получится замечательное второе блюдо. Овощные оладьи можно использовать вместо булок для полезного сэндвича.

Для того чтобы пельмени получились разноцветные, необходимо использовать натуральные красители. Из сырых моркови и свеклы при помощи соковыжималки выжать сок. Петрушку измельчить в блендере с добавлением небольшого количества воды. Затем полученную смесь отжать через сито или через марлю.

Следует помнить, что перед цветением щавеля, когда листья начинают стареть, в них накапливается вредная для организма щавелевая кислота. Поэтому следует употреблять только молодые листья, в которых щавелевой кислоты мало или вообще нет. Вредные действия щавелевой кислоты нейтрализуются при включении в рацион молока, сметаны, сыра.

Чтобы ребенок ел овсяную кашу с удовольствием, ее следует ароматизировать, добавив в конце варки немного корицы, бадьяна или растертую в порошок цедру лимона, апельсина, разваренный мармелад или фруктовый сироп. Можно добавлять также измельченный изюм, курагу, чернослив, тертые орехи. Меняя ароматизаторы и различные добавки, можно добиться того, что ребенок будет есть овсянку с большой охотой.

Произошло это в конце 90-х годов XIX века, когда Кошко служил еще в рижском сыскном. На Васильевском острове, на чердаке одного из домов, нашли изнасилованную и задушенную четырнадцатилетнюю девочку. История наделала много шума, попала в газеты, общественное мнение негодовало.

Пьяный представился: коллежский регистратор Семечкин – и потребовал немедленно оказать ему содействие в крайне важном деле. Дело заключалось в следующем: Семечкин с приятелем и подругой Лелечкой весело проводили время в ресторане, но пришло время, когда официант отказался принести еще водки, заявив, что буфет закрылся и буфетчик более не отпускает.

Русская сыскная полиция очень быстро перенимала полезные европейские новинки, например, бертильонаж. Сейчас эта методика практически забыта, но в свое время она сыграла немалую роль в криминалистике, а потому безусловно заслуживает отдельного разговора.

Полицейские чины подвергались порой наказанию не только за «сделки». Помощник пристава одной из частей Самарин получил месяц ареста при полицейской части за то, что ночью, болтаясь по своему участку пьяным, ни за что ни про что избил ночного сторожа.

Савчук засвистел в свисток. Прибежал Калина со сторожами и дворниками, воров повели в участок. Потом Калина вспоминал на служебном расследовании: ему показалось странным, что товарищ, ловко сцапавший двух воров, вместо того чтобы радоваться, шагал с поникшей головой, бледный, с таким видом, словно его ведут на казнь.