А может пора признать свою слабость? Свой страх и тревогу? И учиться быть сильными? По-настоящему сильными. Решиться сбросить броню. Набраться смелости и попросить о помощи. Рискнуть… и перестать все тащить на себе.

Каждый день ко мне обращаются десятки девушек, которые считают, что с ними что-то не так. И ждут, что я буду их исправлять и создавать более совершенных женщин. В итоге каждая узнает, что с ней УЖЕ все в порядке.

Моя жизнь отдана профессии, причем я никогда ничего не просила взамен. Тем не менее, учитывая сколько сил я вложила в свою судьбу, наверное, не все в ней сложилось так, как хотелось бы. Но я все равно довольна, мне грех жаловаться. У меня другие критерии, и из-за того, что впятером, с детьми и внуками, живем в 70-ти метровой трехкомнатной квартире в Москве.

Вот сейчас многие коллеги похудели, и почему-то это возводится в ранг подвига. Если ты артистка, то как же позволила себе распустить животы? А то, что сбросила лишний вес, это норма, ты просто привела себя в порядок. Многие сейчас стройнеют, перейдя как раз на такое питание, на котором я сижу уже 40 лет, и для меня оно образ жизни.

Надеюсь полностью отказаться от препаратов, а доктор говорит, что я такая единственная у него, кто к этому стремится, все остальные хотят на этих костылях ходить, а я – нет. Это во мне говорит свободолюбие, не хочу зависеть от болезни. Но она у меня, увы, есть. За эти 8 лет у меня было 2 срыва, которые требовали медицинского вмешательства в виде капельниц. Постоянно мне их делать не надо, а в данн

Раньше дружить артистам было очень сложно – времени на это не хватало, все работали на износ. Разъезжались по разным городам и весям – как нам дружить? Телефонов мобильных не было, даже дозвониться друг до друга было проблемой. Сейчас работают очень мало, поэтому в принципе это возможно. Но… не знаю, как это в шоу-бизнесе называется, только то, что я сейчас наблюдаю, назвать дружбо

Только из любви к жизни я осталась жива и только благодаря любви к близким мне не в чем себя упрекнуть. Когда уходила моя мама, я целиком и полностью сама с ней была, и она умерла на моих руках – все получилось так, как должно быть, по-человечески. Моя любовь к семье – к родителям, к сыну и внукам, к сестрам и племянницам безмерна, вот только с братом у меня не сложилось. Точнее, даже так: это не

Мне всем людям хочется сказать: люди очнитесь и перестаньте копаться в негативе, жизнь прекрасна! Обратите внимание на набухающие весной почки на деревьях – лично я ими восторгаюсь – на первых птиц, которые чирикают и не дают спать чуть ли не с трех часов утра, старайтесь наслаждаться каждым мгновением общения с вашими детьми и внуками. В конечном итоге от жизни каждого из нас зависит благополучие

Он ждал этого момента всю жизнь – момента, когда Энни поймет, что они созданы друг для друга. Все остальное: его работа, его мать, его девушка – лишь способ заполнить пустоту этого ожидания. Ему нужна только Энни. Но теперь Энни нет.

Мы осознаем ценность вещей, только когда теряем их, и это величайшая трагедия человеческой жизни.

— Куда подевалась нахалка, которая пыталась меня обобрать много лет назад? — Ну, я могу украсть пару инструментов, по старой памяти.

Видеть, как разрушаются твои мечты, больнее, чем никогда не мечтать.

И в извечной передаче друг другу этой терновой эстафетной палочки и заключалось самое обидное: то, что женщины, какими бы умными и сильными они ни были, всегда определялись мужчинами, рядом с которыми они стояли.

Везение – это сказка, которую мы себе рассказываем, чтобы почувствовать себя лучше, когда мир оказывается к нам зверски несправедлив.

– Но песни всегда такие печальные. Разве любовь не может быть счастливой? – Поэты не пишут песен о счастливой любви. Трагедии лучше ложатся на музыку.

Когда люди напуганы, когда они загнаны в тупик, они не кричат. Они прячутся сами, прячут своих близких, ищут любого укрытия, молясь, чтобы опасность прошла их стороной.

Прошла минута, но тонкий плач все не прекращался. В какой-то момент он на секунду прервался, а потом все началось сначала. Должно быть, это голос моего безумия, понял Фрэнк. Я схожу с ума...

Когда мы вернулись к своему столику, книга нашей дочери лежала на месте, но ее самой нигде не было. – Где же Элли? – растерянно спросила ты, роняя туфли.

В одно мгновение я выскочил в прихожую и отпер дверь еще до того как Элинор разобралась, какой из ключей ей нужен. Волосы упали ей на лицо, и когда она неверным движением руки откинула их назад, я увидел расширенные зрачки и потекшую тушь на щеках.

Но, как это ни нервировало, по какой-то причине больше всего беспокоило меня не это, а нарисованные Джейком бабочки. Гараж был заперт на висячий замок. Джейк никак не мог проникнуть туда без моего ведома. И все же я снова и снова рассматривал рисунок, и узнавались они безошибочно. Каким-то образом он их видел. Но как и где?

Я прикрыл глаза, и мы оба лежали молча так долго, что я уже решил, что Джейк наконец заснул опять. В какой-то момент я вытянул руку вбок и осторожно положил ее на одеяло поверх него, словно чтобы убедиться, что он все еще там. Что мы по-прежнему вместе. Моя маленькая, израненная семья… – Шепчет, – тихо произнес Джейк. – Что? – Шепчет. Оно шепчет у моего окна...

А рядом с собой в своей спальне Джейк изобразил еще какого-то человека. Маленькую девочку, черные волосы которой почти сердито свесились набок. Ее платье было усеяно синими пятнышками, оставляя остальное белым. Красные царапинки на одной коленке. И улыбка росчерком-птичкой.

– Несколько недель назад Нил разбудил мать посреди ночи. Сказал, что видел за окном какое-то страшное чудовище. Занавески были раздернуты, как будто он действительно выглядывал наружу, но там никого не оказалось… Аманда ненадолго примолкла. – Он сказал, что оно ему что-то шептало.

Человек, которого Пит в конце концов поймал… Хуже всего то, как прозвали его газетчики. «Шептальщик». Это основывалось на том, как Картер втирался к доверие к своим будущим жертвам – уязвимым и беспризорным детям – перед тем, как захватить их. Он тихо разговаривал с ними через окно по ночам.

Тогда-то я и начал смотреть на дом совсем другими глазами. Да, вид у него был старомодный и малость перекошенный, но это придавало ему некий дворняжечий шарм. И то, что раньше представлялось сердитым взглядом, теперь казалось просто настороженностью, словно дом когда-то в прошлом обидели, и вам следовало постараться, чтобы завоевать его доверие. Характер, предположил я.

Внутри у меня все болит. Эта боль так сильна, что ее уже не выразить, потому что она перешла все границы. Такую боль не выпустить наружу, потому что любого крика, любых слов и любых слез будет слишком мало для нее.

Я так похожа на тебя. Но теперь, когда тебя нет, я постоянно спрашиваю себя, кто я на самом деле. Я знаю, кем была рядом с тобой. Частью чего-то, половиной тебя. Но что я для себя самой?

Ты ушла и так много забрала с собой. Словно забрала у меня все мои слова, мою речь и голос. Словно украла у меня одно крыло. Вместе мы составляли единое целое. Ты была сердцем и душой, я – головой. Поэтому без тебя так пусто.

Что делать, если ты нашел свой дом там, где жить никогда не хотел? Что происходит, если теперь ты хочешь остаться там, откуда хотел поскорее сбежать? Что, если ничего тут не изменишь?

Я открываю блокнот, и передо мной зияет пустота. Белые страницы без всякого содержания. Так, словно я еще никогда не писала Иззи, а при этом писем уже десятки. С тех пор как она ушла — десятки предложений, слов и мыслей. Десятки разных чувств и вещей, о которых я не смогла сказать ей.

Не всякий конец – это начало чего-то нового, и не всякое новое начинание означает конец

Она с растроганной улыбкой вспомнила значки у него на лацкане и его красные шлепанцы. Наверное, он не танцует в море по ночам, невзирая на погоду, но нужно ли ей это теперь?

– А ты из тех людей, которые читают книгу и пытаются угадать конец? – Нет. Терпеть не могу. Мне нравятся приятные неожиданности. Не хочу знать, что будет дальше – пока оно не произошло. Принимаю неприятности по мере поступления.

Книги мы любили больше, чем мальчиков. Наверное, поэтому я до сих пор не замужем.

Они с Джо обожали танцевать у моря в сумерках, в любую погоду. Устраивались на одеяле в пещере с входом-каплей и зачитывали друг другу отрывки из книг. Он вырезал на стене пещере ее инициалы, а она ради него красила ногти на ногах в нежно-розовый цвет.

В конце сада Марта остановилась и обхватила себя руками. Подростком она любила сидеть на краю утеса, свесив ноги, а внизу бушевало и пенилось море. Она укладывала на колени блокнот и размышляла о том, как описать луну.

Если до сих пор я была слабой, это не значит, что я никогда не стану сильной.

Именно на бездетную женщину смотрят с отвращением и укором, словно на взрослого безработного мужчину. Как будто ей есть за что просить прощения. Как будто она недостойна гордиться собой.

«Герцогиня привыкла доминировать. Когда она входила уверенной походкой в комнату, все было под ее контролем. Меган может быть живой, обаятельной, привлекательной. Все эти качества не могли ускользнуть от королевы Елизаветы, ей очень нравятся яркие личности».

«Она носит брюки и является такой же властной, очаровательной и притягательной личностью, какой была принцесса Диана в своем браке».

«После Мегзита герцогиня захотела перебраться поближе к Голливуду. Она думала, что подняв такую шумиху она сможет стать настоящей звездой в Лос-Анджелесе, ведь Меган всегда об этом мечтала».

«Я знаю, что у герцогини Сассекской есть политические амбиции, и мне говорили, что однажды она захочет баллотироваться в президенты. Я думаю, уход из королевской семьи и переезд в Калифорнию — входит в эту часть плана».

«Гарри гораздо менее умный персонаж, чем Меган Маркл, и соглашается со всем, что она говорит, потому что отчаянно хочет угодить своей жене. Герцог и герцогиня Сассекские имеют очень крепкие отношения, но брюки из них двоих носит Меган, потому что ее муж одурманен ей. Цель Меган — затмить принцессу Диану».

«Конечно, я не буду первым человеком, который даст представление о том, что происходит в браке Гарри и Меган, — но я первый автор, который расскажет, что они реально из себя представляют. — И если им это не понравится… что я могу сказать? Пусть изменят свое поведение».

Ты лишь однажды попросила не убивать твою мать, а вот свою жизнь вымаливала у меня совершенно беззастенчиво. А ради чего тебе было жить? Ни семьи, ни мужа, ни детей; даже женатого любовника, и того уже нет… Что же было такого ценного в этой твоей жизни, что ты попыталась откупиться жизнью своей матери? В жизни ты никому не приносила радости. А вот в смерти решила порадовать меня…

Ким увидела, что женщина заколебалась. Ведь она была медицинской сестрой. – Пожалуйста! – крикнула Стоун. – Скажите же… – Простите, не могу, – с этими словами женщина сделала шаг назад. – Не могу вам помочь. Я сделала свой выбор, и теперь мне придется с этим жить. Неожиданно она исчезла, но Ким так и не поняла, куда, потому что в глазах у нее потемнело…

– В случае моего Па это было сделано для того, чтобы определить сужение в артериях, но сделали это только после того, как все остальные тесты не дали результатов. – Как и в случае с Джесси? – переспросила Стейси. Сержант кивнул, и она решила не говорить об очевидном. Если они в ближайшее время не найдут эту девочку со всеми ее медицинскими проблемами, то Джесси Райан умрет.

Замедлившись еще больше, он продолжил свой путь, несмотря на белые пятна перед глазами. Свет стал слабеть. Сол взглянул в зеркало, чтобы понять, что с ним произошло, и увидел, что его преследователь свернул на съезд на шоссе №2. «Слава тебе, Господи», – подумал он и почувствовал волну облегчения. Вновь посмотрел на дорогу перед собой – и улыбка замерла у него на губах…

Мне стало хорошо, когда нож оказался возле твоего горла. Правда была на моей стороне. И нож, направленный моей недрогнувшей рукой, глубоко вошел в твое тело. На этот раз ты вел себя как мужчина и принес себя в жертву, имея в виду тот выбор, который был тебе предложен. Хотя я надеюсь, что там, на небесах, ты понял, что все это были пустые хлопоты. Никакого выбора у тебя не было.

– Когда ты говоришь «среагируют», что конкретно ты имеешь в виду? Ким пожала плечами. Этого она не знала. – Командир, а ты не рисуешь большую мишень на наших спинах? – Возможно, – согласилась инспектор. – Боже… – Брайант покачал головой. Стоун улыбнулась и устроила ногу поудобнее. – Послушай, тебе не было скучно без меня?