Конечно, важно назначать регулярные встречи, предлагать свои идеи, делиться актуальной информацией. Но между настойчивостью и навязчивостью есть грань, которую вы никогда не должны переступать.

Одержать победу, представляя конкурентов в невыгодном свете, – стратегия на один-два раза; в долгосрочном плане она неэффективна.

Даже при неравных обстоятельствах отношения между людьми играют ключевую роль. Именно поэтому ваша работа в продажах зависит от выстраивания отношений.

Основа продаж – действия, которые, в свою очередь, являются результатом ваших мыслей. Оптимистичные мысли приводят к продуктивным действиям, пессимистичные — к провалу или бездействию.

Импульсивный поиск клиентов приводит к стрессу, невыполнению обязательств и беспокойству, что заставляет идти на компромиссы, теряя возможность заполучить клиента мечты.

– В юности твоя мать видела сны, хотя, возможно, она станет отрицать, если спросишь. Твоя бабушка видела их до самой смерти. И твоя прабабушка тоже. В вашей семье всегда искали женщин. И всегда находили. – Поэтому вы здесь? – Я здесь потому, что никто не видел снов за пределами Пустоши. За полтора века никто и никогда. Кроме тебя.

Так плохо не было даже во Вьетнаме. Насекомые висели в воздухе непроглядной тучей. Тысячи. Миллионы. Они путались в волосах, забивали уши и ноздри, мгновенно, стоило только открыть, наполняли рот. Спасались от них только в воде. И это было истинное блаженство. Но длилось оно недолго. Джимми Рэй не считал себя человеком религиозным, но к полуночи он твердо знал: Господь проклял его.

Хант приник к двери. Киркпатрик задергался, конвульсии сотрясли все тело. Голова заметалась по подушке из стороны в сторону. На лице блестели покрытые мазью царапины. – Что именно он говорит? – Это невозможно слушать. – Доктор скрестил руки на груди и прислонился к дверному косяку. – Несчастному кажется, что он убил собственную мать.

Джеку едва хватило сил посмотреть ему в глаза. Джонни всегда был первым, если требовалось пожертвовать чем-то. Когда Джек подвел друга, тот первым беспечно улыбнулся и в конце концов простил. Он был больше отцом Джеку, чем родной отец, и больше братом, чем тот брат, которого Господь посчитал нужным дать ему. Именно Джонни Мерримон определил детство Джека во всех важных отношениях.

Огромная голова, шея толщиной с шею гризли и широкие сияющие рога – ничего подобного Джек не видел. И уже одно лишь это бросало тень лжи на всю историю Бойда. Потому что ни в Иллинойсе, ни в Висконсине, ни в каком-либо другом месте на сотворенной Господом земле ни одного столь величественного животного никто никогда не убивал. Такого оленя просто не существовало.

Грохот, какой бывает от грузового поезда, ударил в уши, а воображение подбросило картину: сотни футов почти вертикального склона, потом деревья и камни, лавина щебня, достаточно тяжелая, чтобы похоронить его заживо. Но Джонни не умер…

— Мне нужна помощь полиции. Но чтобы об этом никто не узнал. — Голос Веры звучал как-то устало, даже уныло. — И кроме тебя... не знаю, кому я могу доверять. — Мне можешь доверять. Только голос у тебя как на поминках... — Потому что я боюсь, Игорь. — Чего боишься, что случилось, Вера?

— Послушай меня, Виктория, — снова заговорил тише Андрей Васильевич, вытирая платком побагровевшую шею. — Как друг хочу дать тебе один совет. У тебя два варианта. Если оба тебя не устраивают — ищи третьего. — Андрей Васильевич... — Потому что нельзя только выбирать, надо когда-то и выбор сделать.

— Филин! Взрыв! — заорал Игорь, чувствуя, что отстает. Единственная уцелевшая стена старого здания, и так державшаяся просто чудом, полыхнула огнем. Оглушенный грабитель упал, потом, поднявшись на четвереньки, долго тряс головой, отплевываясь от набившейся в рот пыли. — Лечь на землю! — загремел над цехами властный голос. — Сопротивление бесполезно. Вы окружены!

Секретарь за стойкой ресепшен, увидев Соколовского, тут же подскочила на своем кресле. Она просто не могла узнать Игоря Владимировича в этом человеке с грязными коленями спортивных брюк, с копотью на лице и комьями грязи на пальто и ботинках. — Вы куда, молодой человек? Вам туда нельзя!

Коробочку с кольцом Соколовский поспешно сунул в карман, как только снаружи лязгнул на двери засов.

— Он нам мешал. Мы ведь давно с вами связаны. Это я вытащил вас из СИЗО. Не стоит меня слишком сильно за это благодарить. Соколовский подбежал к простреленному окну, но увидеть стрелка было немыслимо. — Что тебе от меня надо?

Почему вещи писателей мы ценим не меньше, а иногда и больше, чем, собственно, тексты? Ведь лучший — и единственный — способ приблизиться к автору — прочесть его книги, разве нет? Где тут граница между почитанием и фетишизмом? Есть ли она вообще, эта граница?

Мы, люди, далеко не «венец творения», наоборот, мы носим в своих генах множество черновиков и неудавшихся, выдохшихся, устаревших идей; если представить, что ДНК человека — это роман, то это роман с кучей тупиковых, мертвых сюжетных линий и заброшенных, забытых персонажей, которых автор просто не потрудился убрать из финального варианта.

Когда мясник взял сердце в руки — оно забилось. Прямо в руках. Когда же один из охранников попытался поднять его, сердце вдруг засветилось у него в руках. Как лампочка. Надеялись найти там какие-нибудь светодиоды или другие механизмы, но ничего не нашли.

Тяжелые воспоминания — они как ценные породы. Люди кладут их в карманы и так ходят по улицам города. Камни для них как якоря, они не позволяют Ветру Истории подхватить человека и унести в забвение.

Самый распространенный вопрос, который обычно слышат жертвы насилия (физического, сексуального, любого): неужели ты не понимала, к чему все идет? Ответ: нет. В этом весь кошмар насилия сильного над слабым — его невозможно предсказать.

Вы удивитесь, но ваши фото могут рассказать о вас гораздо больше, чем вы думаете; нейросеть видит все.

Сентябрь, 30. Нинавижу школу. Фиби Б сука. Зажимала рядом со мной нос и махала рукой, а все смеялись. Когда стояли в коридоре перед уроком кулинарии она сказала что моя мама психически ненормальная. А я сказала что ее мама такая жирная что за три года не облетишь на космическом корабле.

– Между нами говоря, приятно было бы увидеть с их стороны чуточку больше раскаяния, не помешало бы интенсивное сокрушение или, на худой конец, искреннее признание моего феерического великодушия…

Гляжу в окно на холодный серый день, на свой отважный листок. Все остальные облетели, все, кроме моего упрямого друга и мелкой шпаны вокруг ствола. Смотрю на свои руки; они похожи на руки моей матери – выступающие вены, возрастное пигментное пятно на правой костяшке. Как случилось, что я ухватилась за свободу и немного полетала, а потом меня подстрелили, и я упала в этот темный бездонный колодец?

– Пожалуйста, не надо меня ненавидеть! – блею жалобно, точно ягненок. Доктор Робинсон качает головой. – Я вас не ненавижу. Самые прекрасные слова за всю мою жизнь. – А остальные ненавидят. – Рука медленно соскальзывает с моего плеча. – Наверное, они вас не понимают.

– Трахаться-то легко, да, док? А вот поцелуй не сымитируешь! В нем – подлинная близость. Невыносим именно поцелуй. Когда вы в последний раз целовали Душку Сая? Не чмокали в щеку,, – целовали по-настоящему, растворяясь во рту… Подумайте о его рте. О, этот рот, как отвратительно он ест, какие глупейшие вещи изрекает, как идиотски кривится! Рот, смотреть на который вы обречены следующие сорок лет.

Удивительно: ее всегда называют красавицей. Более того, ее красота стала фактом настолько непреложным, что сомнения давно забыты. Скажу, однако, что много лет назад, при первой встрече в парке, я ничего особенного не заметила; ее красота сразила меня далеко не сразу.

Открытие метода коррекционной хиромантии коренным образом изменило роль хироманта. Предшествующие поколения хиромантов довольствовались позицией наблюдателя и советчика. Знать человеческую судьбу — это и так дар свыше, темболее если знания дают возможность чтото исправить к лучшему. Теперь хиромантможет не только прочитать судьбу человека, но и помочь ему улучшить свою жизнь.

Главным индикатором здоровья является линия Жизни. Собственно, линия Жизни и говорит о качестве жизни, как и холм Венеры, который она опоясывает. Чем круглее, четче и длиннее линия Жизни, тем здоровее, длиннее и гармоничнее жизнь владельца

Будущее можно представить. Но каким бы вы ни увидели будущее, оно все равно зависит от вас. Подумайте отом,чтовамнужновжизни.По-настоящемунужно.Выберитецель.Наметьтепуть.Судьбавсегдадает нам шанс. Господь благ и человеколюбив. Жизнь прекрасна и удивительна. Вселенная бесконечна, и в ней есть все, что нам необходимо. Подумайте о том, что вам нужно. Пожелайте то, что вам необходимо.

рология вообще предполагает возможность изменения судьбы самим индивидуумом. И если человек допускает, что главные события в его жизни — от рождения до смерти — отражены в определенных знаках на его руке, то почему бы не попытаться изменить предначертанное воздействием на эти знаки?

После бурной речи защитник хлопнул дверью, а разъярённая Марьяна в приступе бешенства завизжала и швырнула ему вслед горшок с пальмой.

Рабочий медленно стянул куртку и швырнул на стол перед Стасом. На плотной ткани изнутри были вручную нашит объемный потайной карман, в котором лежала небольшая икона.

Раздался предупредительный выстрел, и потом еще один, после которого длинное тело рабочего рухнуло с обратной стороны забора.

Он в ту же секунду швырнул стулом из-под себя в оперативника, в один длинный прыжок оказался на столе, пинком распустил по стеклу сетку трещин и потом всем телом с усилием выдавил стекло из огромной рамы.

Парень молчал, но по заходившим под смуглой кожей желвакам и налившимся кровью ушам оперативник понял, что попал в нужное место.

Он был чуть ли не в панике. Рассказал, что работал над монетами, отвлекся буквально на минуту и в этот момент кляссер с монетами пропал со стола. Он был так напуган, что убежал из музея, поймал такси и приехал домой.