Она, казалось, целиком была в его власти, ласковыми движениями он ощу-пал все, что было у нее под кофточкой, с той же нежностью обследовал изгибы и упругости ниже пояса, но когда попытался расстегнуть «молнию» на ее джинсах, получил по рукам. Но и вырываться она не стала. А он не отступался...

– Тогда слушай дальше. Мишу Германова убил снайпер. Он выходил из своего ресторана, снайпер выстрелил прямо из машины, причем из очень неудоб-ного положения. Времени для точного выстрела было мало, но он его использо-вал. Это профи, Кирилл, это профи... Я не скажу, что это была женщина. Но Эль-нара Шагаева сработала баба.

Он неторопливо вошел в комнату, сел в подставленное кресло без всяких изуверских штучек. Тросточка у него в руках с набалдашником из слоновой ко-сти. А в глазах необычайный лихорадочный блеск. Так, наверное, возбуждаются палачи, которые в силу своей извращенности обожают глумиться над жертвами.

– Мой врач. Тот самый, который меня вылечил... А знаешь, как он меня вы-лечил? Он сказал, что я должна собрать свою ненависть в одно целое, спеленать ее и нянчиться с ней, как с ребенком. Я должна была холить свою ненависть и лелеять, я должна была расти вместе с ней, поднимаясь до тех высот, с каких я могла отомстить своим врагам. А расти мне помогал он. Помогал в качестве экс-перимента... Я

Он хотел сказать, что яд находился в письме, которое пришло к нему якобы от Татьяны, но у него парализовало не только дыхание, но и голосовые связки. Он упал на пол, но даже не почувствовал боли. Зато он ощущал, как его душа отделяется от мертвеющего тела. А где-то за спиной Зайцева он увидел расплывчатые черные силуэты гудящих гномиков, которые собирались схватить ее и утащить в ад...

Самый новый в городе, он был устроен силами великой княгини Александры Петровны, жены Николая Николаевича Старшего. Княгиня удалилась от мужа, прижившего кучу детей с танцовщицей, и поселилась в Киеве. Свою нерастраченную энергию она тратила на обитель, в частности устроила там бесплатную лечебницу для бедных.

За Липками, ниже по Днепру, тянется Печерск. Это место облюбовали военные. Киевская цитадель уже потеряла оборонное значение, но еще оставалась монументальной. В полдень с ее вала стреляла сигнальная пушка — горожане могли сверять свои часы. Вот, пожалуй, и вся польза от крепости…

— Конечно, убивает! — начал горячиться полковник. — Своей чертовой экономией буквально гробит. Мы даже чайное довольствие на солдат не можем выпросить. Тех денег, которые дает нам Министерство финансов, едва-едва хватает на текущие нужды.

— Наш… — Зволянский хотел сказать «дурак», но не решился и продолжил иначе: — …патрон желает услужить Витте. Хотя при своих отношениях с Его Величеством сам бы мог вить из казначея веревки. Так что езжай и разберись.

Лыков знал от директора, что их министр находится под сильным влиянием Витте. Того не любил государь, и хитрый делец использовал простодушного Сипягина в своих целях. В противовес Сергею Юльевичу император очень хорошо относился к Дмитрию Сергеевичу. И все благодаря его женитьбе

Директор департамента взял протянутое письмо и пробежал его глазами. Некий Афонасопуло, оценщик Киевского частного коммерческого банка, сообщал следующее. В банке творится аферизм. Директор Михаил Меринг бездумно и необоснованно ссужает большими суммами Киевское акционерное домостроительное общество.

ЭЧПОЧМАК Готовое тесто разделить на 14 частей и сформировать шарики, положить на пергамент и сверху накрыть пленкой, чтоб не заветривалось. Каждый шарик раскатать в круг (d=12 см) на присы- панной мукой поверхности, в центр — 1 ст. л. начинки. Край смазать водой кисточкой, склеить края, сформировать треугольник или круг, в центре оставить дырочку.

СЛОЕНЫЕ ЗАВИТКИ С ЗАВАРНЫМ КРЕМОМ И ИЗЮМОМ Такие слойки хороши всегда. На завтрак, на перекус, на полдник. Их удобно взять с собой на работу, дать ребенку в школу или взять в виде десерта на пикник. Кремовая начинка с изюмом и приятное ромовое послевкусие прекрасно сочетаются с хрустящей слоистостью теста.

ГОВЯДИНА С ГРИБАМИ В ТЕСТЕ (по мотивам «Веллингтон») Невероятно праздничный пирог. Обязательно используйте свежайшую вырезку, соблюдайте рецепт, тогда блюдо получится волшебным. Грибная начинка, пряные травы, красное вино и все это вместе делает блюдо очень торжественным. Говядина должна остаться сочной и красивого яркого цвета, не передержите в духовке.

СМЕТАННИК Сочная основа и нежная сметанная начинка, которая напоминает суфле, прекрасно сочетаются практически с любыми ягодами и фруктами. Не добавляйте их слишком много, чтобы оставить возможность насладиться таким разным и прекрасным внутренним миром пирога. Клубника и специи здесь хороши. Мне нравится вариант с вишней или персиками

Говорят, что работать с тестом надо только в хорошем настроении, только тогда все получится. В этом есть определенная доля правды, но уверяю вас, что все получится в любом случае, важно следовать рецепту:

Если бы меня кто-то попросил выбрать любимую кулинарную тему, то она обязательно была бы ПРО ПИРОГИ. Уютная и разнообразная выпечка способна порадовать каждого. Пирог может стать центром праздничного стола. Его легко взять с собой на природу, на работу или дать ребенку в школу. Порой он заменяет торт из-за интересных и необычных сочетаний ингредиентов.

Она относилась к тем женщинам, которые могли любить лишь необыкновенных мужчин. Особенных.

Иное лекарство страшнее самой болезни.

Неужели рассудок настолько слаб перед плотью? Зачем тогда нужны развитие цивилизации, все эти изобретения, невиданные технологии, если миром, как и десять тысяч лет назад, правит первобытный инстинкт?…

Красота – это огонь в глазах. Это нечто, что таится в походке, в повороте головы. В интонациях. В дерзкой улыбке. Это то, от чего мужчины теряют голову.

Вечная проблема всех психологов и психотерапевтов – им бы для начала разобраться в себе, в своих проблемах…

Ида не успела договорить, хотя находилась на самом взлете своих фантазий, столько невысказанного еще оставалось… Но в трубке внезапно раздались короткие гудки.

Вся эта чепуха, всякие там карикатуры в «Сэтердей ивнинг пост», где изображают, как парень стоит на углу с несчастной физиономией, оттого что его девушка опоздала, — все это выдумки. Если девушка приходит на свидание красивая — кто будет расстраиваться, что она опоздала? Никто!

Когда человек начинен такими знаниями, так не скоро сообразишь, глуп он или нет.

А увлекают меня такие книжки, что как их дочитаешь до конца — так сразу подумаешь: хорошо бы, если бы этот писатель стал твоим лучшим другом и чтоб с ним можно было поговорить по телефону, когда захочется.

—Настанет день, — говорит он вдруг, — и тебе придется решать, куда идти. И сразу надо идти туда, куда ты решил. Немедленно. Ты не имеешь права терять ни минуты. Тебе это нельзя.

Понимаешь, я себе представил, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле, во ржи. Тысячи малышей, и кругом — ни души, ни одного взрослого, кроме меня. А я стою на самом краю скалы, над пропастью, понимаешь? И мое дело — ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть.

Лютые бабники держатся за своих жен отчаянно.

Я вдруг словно насквозь увидела эту женщину, услышала ее мысли. «Что мне делать? – лихорадочно соображала она. – Устроить скандал, пойти врукопашную с Лидкой? Да я ее одной левой… Но как-то неудобно перед Павлом, я же вроде как несчастная слабая женщина…»

Любить нельзя отвергнуть. Где поставить запятую?..

Жизнь, оказывается, совершенно не походила на те истории, что показывали по телевизору. И сейчас мне предстояло совершить еще один, совершенно нерациональный и странный поступок.

То, что он тебе не противен еще не значит, что ты его любишь! – весело произнес Лёша. – Но скоро он тебе опротивеет. Это я знаю, проходил. Жить можно только с тем… без кого жить не можешь.

Пока существует любовь, есть смысл жить… И уже не важно, какая погода за окном и как скоро наступит настоящая весна. Потому что, когда есть любовь, весна всегда в твоем сердце.

«Независимый» мужчина, «независимая» женщина – слова, доносящиеся издалека, из зоны вечной мерзлоты, страны великого одиночества, где нет ничего, кроме собачьих упряжек, и этим словам надо внимать с почтением: в них достоинство обездоленных.

У нее в жизни было столько горя, что теперь ей остается лишь быть счастливой.

Но если однажды я перестану любить, это будет означать только то, что у меня больше нет легких.

Я знал стольких женщин в своей жизни, что можно сказать, всегда был один. Слишком много – все равно что никого.

Недостаточно быть несчастными порознь, чтобы стать счастливыми вдвоем. Два отчаяния, конечно, могут вместе составить одну надежду, но это лишь доказывает, что надежда способна на все...

Попробуйте, дайте хоть один шанс невозможному. Вы никогда не задумывались, как оно, это невозможное, устало, как оно нуждается в нас.

– Боже правый! Выглядит жутковато, – выдохнула Магдалена. – Что это? Деревня для нищих и головорезов? – Почти угадала, – усмехнулся палач. – А вы всерьез полагали, что дюжину грязных палачей пригласят в мюнхенскую резиденцию, угостят вином и фазанами? В Ау палачам самое место. Там всегда есть чем заняться.

Сквозь плечи мужчин Магдалена наконец-то разглядела, что же такое лежит на земле. Она вздрогнула, и Барбара рядом с ней тихонько вскрикнула. Мертвые возвращаются… Магдалена в ужасе уставилась в лицо мумии: в пустые черные глазницы падали снежинки, рот был широко раскрыт, словно в предсмертном крике, который так и остался неуслышанным. «Или в проклятии», – подумала Магдалена.

В комнату вошел человек с белоснежными волосами, собранными в хвост, одетый во все черное. Он был широкоплеч, с массивной шеей и лицом, белым как мел; только глаза сверкали красным, как у крысы. У Магдалены мороз пробежал по коже, и она с трудом сдержала крик. Она знала этого человека, но никак не ожидала увидеть его здесь «Двенадцатый палач, – подумала она. – Господи, знал ли отец об этом?»

– Тогда и с медальоном все стало бы понятно, – добавил Дайблер. – Может, она надеялась замедлить действие яда, вот и схватилась перед смертью за амулет… – При таком количестве ягод даже пресвятая дева Мария бессильна. Как бы там ни было… – Куизль снова показал на труп. – Это было не самоубийство, Михль, а четко спланированное убийство. И убийца разгуливает где-то по Ау…

Я всегда любил Рейна, но его стихи впервые прочитал только в крамольном «Метрополе». И сразу стал его вечным поклонником. Боже, как мне понравилось его стихотворение «Перед солнцеворотом»! Я абсолютно убеждён, что более пронзительного, трагического и при этом остроумного поэта у нас не было, нет, и вряд ли уже когда-нибудь появится.

Когда умер Сталин (а мне тогда было почти 14 лет), я с искренним недоумением смотрел на тысячи скорбящих людей, которые были убеждены в том, что после смерти Сталина будет конец света. И уже в Ленинграде моё мировоззрение было окончательно сформировано — я возненавидел и Сталина, и Ленина, и всю подлую советскую власть

Кулаков и Кубасов тогда очень дружили с Горбовским и Кондратовым, который чем-то (блондин, кудрявый, молодой) напоминал мне Есенина. А в 1969 году, когда мы — Миша Ерёмин, Лёня Виноградов и Володя Уфлянд — были уже близкими друзьями, Горбовский посвятил им стихи.

Вера в себя, радость от преодоления болезни без лекарств, здоровый образ жизни позволяют видеть жизнь во всей многогранности. Болезнь и лекарство, ее сопровождающее, узкий путь, всего лишь дорога в аптеку.

Надо понимать, что процесс выздоровления занимает определенный срок, а не всю жизнь. После избавления от основных недугов следует только сознательная профилактика, как правило, доставляющая удовольствие

Человек стареет ногами, а не годами, как бы ни уверяли кардиологи в обратном!