Я ненавижу себя за то, что у меня болит душа, ведь у других она болит еще сильнее, но, если ребенок падает и царапает колено, он не говорит: "По крайней мере, я не сломал ногу". Он плачет, потому что боль причиняет дискомфорт независимо от ее интенсивности. Все боли равны, обоснованы и заслуживают внимания.

Любовь объединяет людей, несмотря на преграды.

Выбор не в том, чтобы двигаться дальше – жизнь движется, хочу я этого или нет. Нет, выбор – смотреть вперед, а не назад, сделать шаг, потому что отказ от движения не приблизит прошлое – он лишь отсрочит лучшие дни.

Мы можем простить, но не можем забыть. Тот, кто говорит обратное, не знал настоящей боли, поверь. Сердца — это мышцы, а у мышц есть память. Поэтому, конечно, наши сердца не могут забыть. Они помнят то, что причиняет им боль. Они помнят, чтобы стать сильнее. Я думаю, именно поэтому мы должны помнить. Если бы мы забыли момент прощения, мы бы не получили силу, которая приходит с болью.

Даже астрономы считают, что те, кому суждено столкнуться, будь то звезды или люди, могут пересечься и пойти разными путями, но в конце концов снова встретятся. И я надеюсь на это.

Джозефина, мы встретились не случайно, ибо люди не встречается по чистой случайности – особенно при тех обстоятельствах, которые свели нас вместе–. Я встретил вас, и вы узнали меня в одно мгновение.

На гребне альпинист вынужден противостоять сильным ветрам и страшному холоду. Кислорода в воздухе на этой высоте всего 33% от нормы, а рельеф – самое настоящее минное поле: разрушенный выветренный скальный массив, покрытый снегом и льдом. Ветер несет снег с такой скоростью, что из-за него почти ничего не видно, и путь кажется бесконечным, а вершина недосягаемой.

Гора показала, чего я стою – на подъеме и на спуске я делал все, чтобы наша команда не погибла. Так что мне не стыдно будет посмотреть людям в глаза.

Мое кредо — следовать плану. Если я встаю утром и решаю, что сегодня отожмусь от пола триста раз, то обязательно это сделаю. Не делаешь усилия — нарушаешь обязательство. Нарушаешь обязательство — жди провала.

Как и в случае с инвестиционными американскими банками, кризис призван помочь владельцам ФРС подчинить себе не большую часть нефтяных месторождений мира (на сегодня), а все без исключения!

На самом деле в запасах России золота не более 11 %. Все остальное — запасы валютные. Но это вовсе не штабеля банкнот. Это даже не валюта, а... облигации. Львиная доля — американские. И не бумажные. А компьютерные, электронные.

На мировом политическом поле идет матч. Противники пинают друг друга ногами, рвут зубами, ломают кости и хребты. Все как всегда, обычный матч в политический футбол. Здесь по-другому никогда и не играли. Но судья почему-то замечает нарушения только одной команды. Карточки и штрафные всегда в одни ворота. На все вопросы строго отвечает: я судья, мне виднее.

Да, реформы Рузвельта были решительными и быстрыми, но быстроту им придавал тот простой факт, что кризис углубился настолько, что ставил под сомнение само существование государства. Уже были случаи голодной смерти — и это в стране, где было полно продовольствия.

К началу ХХ века золотым содержанием были обеспечены все основные мировые валюты, уже давно перешедшие в «бумажный» формат. Это значит, что золотой запас державы соответствовал количеству выпущенных ее казначейством ассигнаций.

Сейчас никто из самых «отпетых» рыночников не скажет, что сумма стоимости акций предприятия равна стоимости ее активов. Потому что курс акций может колебаться очень сильно, и у таких гигантов, как Газпром, выпустивших уйму этих ценных бумаг, маленькое колебание приводит к миллионным и даже миллиардным изменениям конечной стоимости компании.

Если два-три часа после полуночи прихлебываешь крепкий ароматный кофе, на страницах обязательно появляется что-нибудь интересное.

Верю людям, если они на взводе, если слегка дрожат руки.

Расстаться с любовью — значит выбрать жизнь без всякого риска. Есть ли смысл в такой жизни?

Мы танцевали, будто это наш последний вечер на земле.

Свобода манит меня, словно песнь сирены. Ее мелодия будто развевается на ветру, и на несколько секунд я растворяюсь в ней. Я размышляю, каково это — сбегать от ответственности и последствий своих действий, а еще о тех силах, которыми обладаю, но не совсем осознаю. Хочу сбежать и оставить все это позади. Спокойно прожить жизнь вдали и в одиночестве, как когда-то и мечтала.

Гнев, клокочущий внутри меня, подобен животному. Он заглушает мою совесть и стирает границы между «хорошо» и «плохо». Буквально приказывает мне поддаться и броситься в бой, и я починяюсь ему, проваливаясь в забытье.

— Основные навыки небожителей — сокрытие ауры и изменение формы. Я выбрал для тебя именно этого хранителя, — он указывает на Динька, — потому что он также обладает навыками исцеления, что само по себе большая редкость среди ему подобных. Но сами по себе они довольно миролюбивые создания, во многом похожие на маленьких детей.

Внутренний голос настойчиво твердит мне то же самое, что и остальным — я жажду броситься в бой и исполнить свое предназначение, но это, без сомнения, очень опасно.

С глухим, сотрясающим стуком землю, серафим приземляется перед нами на корточки, загораживая путь. Сжав руки в кулаки, он встает перед нами в полный восьмифутовый рост. По костяшкам его пальцев и предплечьям пробегает бело-голубое пламя. За спиной раскрываются все шесть крыльев. Глаза его напоминают расплавленное золото, а во взгляде бурлит целый океан эмоций.

— Все ангелы могут общаться друг с другом с помощью телепатии? — Разумеется, — отвечает Диньк. — Очень удобно, — подхватывает Стил. — Это точно. Они могут связаться так с кем угодно? — спрашиваю я, вспомнив о своем сноведении. Может, телепатические способности передались мне по наследству и действуют только во снах?

Некоторым желаниям лучше оставаться невысказанными.

Вам смертным дарована короткая жизнь, но многие из вас, прежде чем погаснуть, сияют так ярко, словно звезды.

– Люди – странные создания. Ваша жизнь так коротка по сравнению с нашей, вы кажетесь очень слабыми, поэтому мы и смотрим на вас свысока и считаем ниже нас. И все же в людях можно найти то самое драгоценное, что тщетно ищут многие из моего рода. – Что это? – осторожно спросила Тия. – Сочувствие. – Принц задумчиво смотрел вдаль, а его пальцы нежно гладили траву.

Всегда есть опасность, о которой ты понятия не имеешь.

Иногда он совершал удивительные вещи, а потом снова раздражал ее ради забавы или, возможно, чтобы разозлить. Тия сердилась на свое глупое сердце за то, что оно было слишком нежным в эту ночь и не слышало, что говорил разум. Киприан разобьет ей сердце, если она не защитится. Но это будет потом. Сегодня же… она притворится, что есть на этом свете тот, для кого она что-то значит.

– Благодарю, – сказала Тия. – Никогда не благодари фейри. – Почему? – Потому что так ты показываешь, что обязана им. Фейри может поставить новое требование, которое ты уже не сможешь выполнить.

Как жестоко давать надежду только для того, чтобы снова её отнять!

– Пусть лучше будет больно, чем вот так. – Как – так? – Когда не больно. Я хочу чувствовать. Я хочу...

То, о чём ты не помнишь, не может причинить тебе боль.

Будучи ведьмами, они не должны были всякий раз использовать магию для решения своих проблем. Магия не могла исправить все.

— И почему мы используем пентаграмму как магический символ? — Потому что каждая точка символизирует один из пяти элементов, а это великая магия, — ответила Мерси.

Как только ты поймешь, к чему стремиться, Вся жизнь твоя тотчас преобразится. Свободу обретешь, но лишь тогда, Когда средь тысяч глаз найдешь одни глаза. Лишь эта пара глаз развеять чары сможет, И распрям всем конец положит.

Ведьма сильна ровно настолько, насколько она организована. Подумайте, что случилось бы, если бы вам потребовался для заклинания розмарин, а вы схватили бы мак, потому что ваши ингредиенты разбросаны там и сям.

Страх есть. Это правильно, нормально и естественно. Страх помогает. Он напоминает мне, что нужно быть умной, храброй и самоотверженной, думать о других, а не только о себе.

Фаза – это переход из одного мира в другой. Мир смертных – место обитания людей. Мир духов – место обитания Падших – тех, кого ты считаешь чудовищами. Это ангелы, которых изгнали с небес. Нефилимы – то есть мы – можем путешествовать между мирами. А Падшие нет.

Академия серафимов – одна из девяти секретных академий мира, занимающихся образованием и обучением детей нефилимов.

Сожаление – эмоция, которая больно жжет изнутри даже самых сильных нефилимов.

– У всех нефилимов есть врожденный боевой инстинкт.

Все нефилимы происходят от определенных прародителей. Определенных классов ангелов, если так проще. Даже если у двух нефилимов из разных линий родства рождаются дети, они всегда наследуют ангельские гены одного, а не обоих родителей. Одна из наших целей, особенно с учетом того, что о твоих родственниках мы не знаем – определить, к какой линии принадлежишь ты.

Диверсанты трезво смотрели на вещи. В случае войны с Германи¬ей они предлагали одним ударом поставить ее на колени. Каким об¬разом? Очень просто: перекрыть немцам «кислород». Германская экономика имела два уязвимых места: румынская нефть и шведская железная руда.

Ранним утром 7 ноября 1938 года к воротам германского посоль¬ства во французской столице подошел Гершель Гришпан. Охраннику у ворот он заявил, что хочет сообщить важные све-дения германскому послу Иоганнесу фон Вельчеку. Поскольку по¬сла в тот момент не было, молодого посетителя отвели в кабинет секретаря посольства Эрнста фон Рата.

Обратите внимание, что у Гитлера нет еще ни пяди земли Закарпатья, а французский посол говорит в своем письме о следующих шагах фюрера для развертывания армии против России. Для отторжения Украины у СССР ему нужна территория Польши и Румынии.

Из всего вышесказанного можно сделать только один вывод: Гитлеру кто-то оказал огромную финансовую поддержку! Он от кого-то получил средства на такой экономический рост. Строительство автобанов и военные заказы сами по себе не мог¬ли поднять экономику.

Словно хороший предсказатель, Гитлер постарался рассеять все сомнения, которые могли бы возникнуть у тех господ из английской разведки, что будут читать его книгу. Союз Германии и России — это вековой кошмар англосаксов. А вдруг эти две континентальные дер¬жавы подружатся?

А то, что делает Гитлер, еще смешнее. Летом 1940 года после раз¬грома Франции он начинает атаковать Британию самолетами. Это недолгое воздушное единоборство войдет в историю под названием «Битва за Англию». Выиграли ее, как известно, англичане. Почему?