Брайер долго практиковала сложный рисунок на холсте, чтобы избежать ошибок. Каждое движение кистью требовало точности и твердой руки, и чем дольше Брайер балансировала в неустойчивом положении между небом и землей, тем сложнее ей было работать.

Согласно Закону Целостности, первому из трех законов проклятой живописи, проклятие, нанесенное на объект, будет влиять на него полностью, независимо от того, были ли части этого объекта затронуты во время живописи. Точно так же, как проклятие, нанесенное на одну из обшивочных досок, могло разрушить весь дом...

Эта история начинается с проклятия. С маленького проклятья, которое было недостаточно сильным, чтобы покалечить врага или разрушить чью-то жизнь.

Брайер изучала проклятия с тех пор, как стала достаточно взрослой, чтобы удержать в руке кисть. Магия была ее второй натурой, и рисовать что-то без магических свойств для девушки было по-настоящему трудно, но необходимо, чтобы иметь возможность замести за собой следы.

Я почти слышу, как море зовет меня, когда я начинаю спускаться.

Небо вокруг Цитадели спокойно. Я делаю длинную, медленную петлю, пересекаю фьорд, избегая города, затем поворачиваю и лечу вдоль подножия гор обратно вглубь страны. Над лесом я глубоко дышу, наслаждаясь смешанным запахом сосновой смолы и распускающимися по ночам цветами зимней розы. И в полете я обретаю покой. Каждый взмах крыльев, кажется, уносит меня все дальше от моих человеческих проблем.

Зима заключила мое королевство в ледяную клетку.

Погружаясь в холодную воду озера, я отдаюсь силе, которая всегда ожидает меня под кожей. Я позволяю себе обратиться из человека в лебедя: волосы превращаются в перья, мышцы смещаются, а кости утончаются и светлеют.

– Возможно, у него были проблемы с сердцем. – Не было у него проблем. Он был просто абсурдно здоров. – Неуязвимых нет. – Нет, – не соглашается Роми. – Не может быть. Это какое-то безумие. – Я тебя понимаю. Но проблема человеческого организма в том, что он может взять и подвести. Мой отец всегда говорил, что в жизни безусловны только две вещи: налоги и смерть.

Я – художница. На самом деле. Я не борющаяся за существование творческая личность и не помощница юриста, берущая уроки скульптуры в свободное время. Деньги я зарабатываю, занимаясь любимым делом, и это восхитительно и отвратительно – всегда ждать стука в дверь: «Извините, ошиблись, это не ваша жизнь».

Мы не виноваты, никто не виноват, но это легче сказать, чем понять, и это такой кошмар, из-за которого друзья забывают тебе перезванивать. Бог есть, потому что такой болезнью болеют очень немногие дети, но Бога нет, потому что мой мальчик, наш ребенок живет на другом краю города, в окружении резиновых стен.

Она не хрипела, не спрашивала, что со мной не так. У нее не шла кругом голова. Я не убил ее. Может быть, все иначе, потому что Крейн Запятая Флори другая – напичкана медикаментами, в ярких здоровенных кроссовках. Может быть, она как те защитные костюмы, что носят пожарные, костюмы, которые не горят. Или, возможно, все так, как сказала она сама, и год получился слишком долгий и унылый.

Однажды мы с Хлоей заговорили о смерти. Я сказал, что, по-моему, ты просто умираешь – и все, а она сказала, что, по ее мнению, ты превращаешься во что-то, «может быть, не в кролика, но во что-то». Мы оба ошибались. Смерть – это смертная скука. Ходьба по лесу.

Кап. Кап. Этот тяжелый запах, удушливый. Нет, нет. Она закидывает голову, глаза набухают - нет, нет, - руки цепенеют. Вот так люди и умирают. Жуткая картина. Шея вытягивается, жилы напрягаются. Только что она была как черепаха, а сейчас уже как студень. Энергия вырывается со свистом – «ууушшш», «рррннн», секундный ужас тишины и «бух». Тело валится на кровать.

Попав в квартиру Хватова, сыскари комедию ломать не стали, обступили Виталика с трех сторон и начали вопросами заваливать, прямо как на перекрестном допросе. Компьютерный гений от неожиданности растерялся.

Гуров рассказ выслушал и начал задавать конкретные вопросы. Оказалось, что момент, когда субъект, подозреваемый в убийстве, сооружал петлю и подвешивал жертву к балке, Мосик пропустил.

Особых улик на мосту криминалисты обнаружить и не ожидали. Им уже было ясно, что здесь была совершена лишь финальная часть преступления. Основное же действие происходило где-то в другом месте, обнаружить которое предстояло оперативным работникам.

Гуров сразу увидел то, что заставило сотрудников уголовного розыска приехать сюда. Ровно по центру железнодорожного моста на металлической балке висело нечто, очень уж похожее на тело человека.

Черная масса начала распрямляться и вскоре превратилась в еще одного человека. Он стоял у самого края, нижней частью туловища прислонившись к решетчатому заграждению. Этот тип обеими руками обхватил ноги висельника и со всей силы тянул тело вниз.

Наверху, на металлической балке центрального пролета, висело тело. Мосик обладал стопроцентным зрением, поэтому видел даже веревку, которая врезалась в оголенную шею.

— Вы понимаете, что предлагаете, Соколов? — зло прошептала я. — Соколовский, — поправил меня мужчина, усмехнувшись. — Понимаю. Я предлагаю вам свою фамилию, защиту и семя, желая взамен самую малость, — половину активов вашего отца. — Вы сумасшедший, ненормальный, — замотала я головой и шагнула назад. — Я ни за что на это не пойду. — Я бы на вашем месте подумал, Мира. Потому что у вас нет выхода.

Только сейчас Юсуф заметил, что пол в салоне испачкан кровью. Он шел за голубым костюмом, стараясь не наступить в кровавые подтеки. На кровати в соседней комнате лежал мужчина средних лет с короткой бородой, накрытый до шеи простыней, пропитанной кровью.

Заложник сидел, не отрывая взгляда от лица Юсуфа и втянув голову в плечи. Автоматные очереди за дверью продолжали грохотать, усиленные эхом. Страшный удар потряс дверь. Замок и одна петля не выдержали.

Энергии гордыни, отправленные нами в духовный мир, возвращаются энергиями унижения. Энергии величия – энергиями ничтожества, энергии самолюбования – энергиями самоуничижения

Евреи слишком отделяются от других народов, вызывая раздражение? Именно так. Они проникли во все области жизни и пытаеюся везде занять ключевые посты? И это верно. В конце концов, это всем надоест. В этом вы тоже правы. Как и в том, что друзья отвернутся, а враги окрепнут. Наше государство разрушат, а нас сбросят в море. Восемь миллионов не могут вечно сопротивляться миллиарду врагов.

Кольцо сжимается. Рано или поздно им всем придет конец. Они обречены. Их уничтожат. Вместе с их государством. И с этой книгой.

Неужели этот человек не понимает, что все беды евреев из-за этой книги?! Их всех, скопом и каждого в отдельности ненавидят, гонят и убивают, пытают и вешают, топят и режут, а они упрямо продолжают тыкать всему миру свою книгу, в которой написано об их избранности.

«Если вы попросили чей-то контакт, тому человеку, который дал вам его, важно написать, чем закончилась беседа. Например, написать: «Спасибо, что дали контакт, мы договорились о том-то». Это позволяет не сжигать мосты, и в следующий раз человек с удовольствием еще кого-то порекомендует». – Евгения Роньжина

«Вопрос «Что вы хотите от работы?» помогает отбирать самомотивированных сотрудников. 80% — это внутренняя мотивация человека, 20% – это условия, которые может предоставить компания. Если у человека нет внутренней мотивации, руководителю все время придется нести ответственность за его мотивацию, а это требует ресурсов». – Ксения Авдей

«Как правило, большую часть вашего времени тратят сотруд-ники, у которых постоянно проблемы. Они вовлекают в это свои отделы, собрания, совещания, и мы, как руководители, часто этому поддаемся. Все сидят, обсуждают эту проблему, советуют и так далее. Нельзя этого допускать». – Мария Беляева

«Это была моя идея еще в период образования компании, потому что мы лично не едим за рабочим столом, не пьем кофе, считаем, что это не очень правильно — крошить пряники на документах. Поэтому и придумали единое время, единое пространство, когда компания может попить чай или кофе, перекусить». – Алена Демина

«Рассказывайте людям о своих сотрудниках. Мы, например, размещаем на сайте, в социальных сетях фотографии ребят, пишем их истории успехов и трудностей. Ребятам приятно, что о них узнают тысячи людей. А покупатели видят создателей товаров, оставляюткомментарии, отзывы, что повышает их вовлеченность в проект». – Нелли Уварова

«Чтобы запустить перспективное производство, нужно верить в себя, выбирать правильных партнеров, четко знать, какой продукт собираетесь продавать, и понимать, кому продавать». – Инесса Смирнова.

Нередко нам в голову приходят мысли и идеи, которые открывают для нас окружающий мир, помогают с ним взаимодействовать. Иногда мы доходим до этого знания сами, а может, кто-то это нам подсказывает… Важно другое. Главное, используем ли мы эти идеи или нет.

Анализируйте каждое чувство: почему вы испытываете его, с чем связаны ваши опасения, реальны ли они или мнимы. В этом состоянии вы сможете открыть новые пути решения проблемы, понять природу своего решения, освободиться от влияния шаблонов и стереотипов.

В течение дня следите за своей речью и находите слова-паразиты. Как только обнаружите подобное выражение, намеренно избегайте его или заменяйте другим словом. Это тренирует избирательность внимания и самоконтроль.

Для осознанной жизни необходимо постоянная внимательность. Жизнь осознанна, когда она не проходит мимо нас и мы сами управляем ею: чувствуем каждое мгновение, ощущаем полноту и целостность происходящего, принимаем верные решения и не сожалеем потом о своих словах и поступках.

В повседневной жизни мы совершаем одни и те же действия неосознанно, «на автомате», и, как правило, не контролируем ни чувства, ни мысли, плывя по течению. А должно быть наоборот: постоянно держать сознание под контролем, чтобы управлять событиями и нашими реакциями на них. Именно внимание делает человека хозяином своей жизни; в противном случае мы попадаем в ловушку замкнутого круга мыслей.

Стремление к счастью естественно для каждого человека. Как это связано с вниманием? Самым непосредственным образом: то, на чем мы фокусируемся, и формирует наше представление об окружающей действительности.

Все знали, что жизнь прекрасна, но она была помимо этого горька и печальна, к тому же страшно несправедлива. Где в итоге оказывался человек? Вне игры, как и все остальные. Сидит один в кафетерии и читает книжку. Стоит ему перевернуть страницу – и он уже где-то в другом городе.

Если наблюдать за людьми достаточно пристально, полагает она, можно понять, что делает одного добрым, а другого (ее, например) недоверчивым и утратившим надежду.

Ответственность любить кого-то непомерно тяжела для человека, вот почему Шелби сделала все от нее зависящее, чтобы избавить себя от этого

… если ты делаешь какой-то важный выбор, меняется вся твоя жизнь – это своего рода эмоциональный эффект домино.

… что значит любовь в мире, где так легко обидеть другого?

Кто тебе сказал, что твоя обязанность – испытывать чувство вины за все плохое в этом мире?

Чтобы создать надежную структуру, нужно окружить себя правильными людьми. И когда один из них оказался «отравленным», пришлось отрезать зараженную часть. Допусти Макдональд инакомыслие, его перестали бы уважать. Чтобы все контролировать, нужно поддерживать дисциплину и учинять показательную расправу над недовольными.

Оуэн отличался от других последователей Макдональда. Успешный, умный, мотивированный. К Макдональду его привел гнев. Смерть брата – результат дрянной работы копов – открыла Оуэну глаза. Он хотел того же, чего и остальные соратники Тома: перемен. Перемен, которые вернут людям достоинство и гордость.

Быть подготовленным – это не просто накопить кучу всего. Нужны полезные навыки, которые требуют подготовки, обучения и практики. Любой может закупить стволы и консервы, но без навыков долго не протянуть. Стив и его семья были настоящими выживальщиками. Одного этого хватило бы, чтобы отец включил его в свою общину. Навыки Стива пригодятся, если наступит конец цивилизации.

В обычном доме запасов еды хватает на неделю. Жилище Мерси могло обеспечить хозяев всем необходимым, включая тепло, несколько месяцев. Зерно, патроны и бинты – три кита выживания.

– Ты слышала это? – Девушка уставилась на радиоприемник «Тахо». – Что сказал диктор? – Нет. – Килпатрик сделала глубокий вдох, стараясь унять колотившееся сердце. – Пожалуйста, не кричи так, когда я за рулем. – Прости. Но он только что сказал, что какие-то местные идиоты утверждают: эта стрельба прошлой ночью оправдана. Что шерифы заслужили это. Сердце Мерси ухнуло. Нет. Только не здесь.