Cердце, как цветы, – их нельзя открыть силой, они должны раскрыться сами.

Телефон в руке прослезившегося от смеха Гурова вновь завибрировал. На дисплее высветилась фотография крас- ного от гнева генерала Орлова.

Можно просто Семен, — широко и дружелюб- но улыбнулся Мурашников, хотя в уголках его глаз по- прежнему плескался неподдельный страх. Наркодилер наивно полагал, что опытный оперативник этого не заме- тит. — И я готов ответить за совершенные проступки по всей строгости закона, господин полицейский. Только на- счет немалого срока вы, боюсь, слегка преувеличиваете…

Где-то слева от него раздался очень тихий шорох, слов- но в траве пробежала мышка. А может, это и не мышка вовсе? Теперь Гуров был само внимание и сама собран- ность. Вот, крадущийся впереди него Святоша собирает- ся ступить на дорогу.

Первое, что интересовало Гурова: кто и за что мог убить Варсафкина. На это, поминутно поеживаясь, Святоша со- общил, что это мог сделать только один человек — некто Гончий, руками своих прислужников. А за что…

Как явствовало из его дальнейшего рассказа, послед- ние несколько дней Ростислав уже неоднократно заме- чал за собой слежку, которую вел какой-то, неизвестный ему, весьма непримечательный тип.

Всякому из пришедших было интересно взглянуть на живую легенду гедонического телеэфира, победительницу реалити-супершоу «Остров счастья». Ведь большинство из гостей ночного клуба в течение долгих месяцев неотрывно следили за перипетиями страстей и любовных интриг на тропическом острове, где поселили десять случайно подо- бранных пар человеческих особей обоего пола, от восем- надцати до тридцати.

И я не собираюсь вместе с вами наносить визит верховному королю Элдреду, принц Балекин. Понимаете, я уже был во дворце. С вашим братом Даином. И принес клятву верности. Если он станет верховным королем, я готов принести присягу ему и только ему одному.

— Ты сказала, что это подарок на то время, когда тебя не будет рядом. Разве такое случится?

— И в этих историях герою необходимо сделать что-то невероятно ужасное с этим существом. Скажем, отрубить ему голову. Пройти испытание. Но испытание не любовью, а доверием, которое и снимает чары.

Что бы мы ни любили, любовь — наша самая большая слабость.

Ройбен попытался открыть рот, сказать хоть что-нибудь, чтобы остановить взмах ее руки, но приказ королевы сковал его, не позволяя совершить ни малейшего движения. Какой глупец! Нефамаэль насмехался над ним, искусно провоцируя, чтобы он совершил ошибку. Даже то, что прежде королева упустила возможность упрекнуть его, вероятно, было частью плана.

— Я говорю только с вами, госпожа, — сказал Нефамаэль. — Но не о вас. Ваши слабости мне знать не положено.

Не начинай дела, которого не сможешь довести до конца.

Я боюсь кричать тем, кто не хочет слушать. Тем, кто слеп. Диким зверям, с которыми невозможно разговаривать. Ослепленным ненавистью. Ненависть — это яд.

Все, что делают люди, на самом деле посвящено вечной жизни. Искусство — охота за бессмертием.

Зачем она явилась сюда? Здесь она не чувствует себя дома. Хирка ненавидела это место. Ненавидела. Свет. Фонари. Шум. Так много шума. Место без Потока. Холодный мир, полный ужасной жизни.

Камни мертвы. Но мы все еще живы!

Кровь того, кого ты считаешь мифом, капала с моего меча. Я проткнул его сталью и смотрел, как жизнь покидает белые глаза. Я чувствовал его дыхание. Слышал рычание. И я помню, какой запах исходил от костра, в котором мы их сожгли.

— Извините меня, — попросила она, — я должна была вам доверять с самого начала. Все было так страшно. Но я очень боялась за брата. Если бы его убили, я бы не пережила. Честное слово. Спасибо вам за все, — она посмотрела на дверь, которая закрылась за Линовицкой. — Это та девочка, которая приезжала к вам домой? — уточнила она.

Он вышел из ванной и прошел в кабинет. Новых данных по «Прометею» в Интернете не было. Зато он прочел много интересного по Северной нефтяной компании. И про убийство вице-президента компании Юрия Авдеечева, о котором, оказывается, сообщали все газеты. «Странно, что я тогда не обратил внимания на это убийство», — подумал Дронго.

В общем, Салим был уже устроен, хорошо зарабатывал. Нефтяникам неплохо платили. А мне надоела моя свекровь, мой ни на что не способный муж. И когда однажды меня снова начали ругать, я не выдержала и, забрав сына, просто переехала к брату. С тех пор мы и жили с ним вместе. А мой сын к нему очень привязался. Внешне он даже больше похож на Салима, чем на своего отца.

Он любил обедать в этом ресторане при закрытом элитарном клубе. Вступивший сюда в прошлом году, он несколько раз появлялся в клубе поздно вечером, когда завсегдатаи собирались на очередное застолье. Эти люди слишком очевидно раздражали Дронго. Вступивший в клуб, чтобы иметь возможность бывать в ресторане, не рискуя нарваться на знакомых, он сразу понял, что здесь лучше не появляться по вечерам.

Софи нужно было взвесить все за и против, обдумать, что на самом деле повлечет за собой переезд. Она ухватилась за это предложение от отчаяния, как за спасательный круг посреди бушующего океана страха, ярости и полной безнадеги.

Она не хотела снова испытать эту боль, но когда-нибудь она будет к ней готова.

Забавно, как легко любовь превращается в ненависть.

Она была так занята мыслями о будущем, что забыла о настоящем.

Любовь - это так просто. Любовь – это сделать кого-то счастливым.

У тебя такой вид, будто вся душа изранена.

Люди — очень сложные создания, с ними тяжело, они смущают и ставят в тупик: в каждый разговор они впихивают свою предвзятость и неосведомленность, неверно интерпретируют, не понимают. До сих пор Кэмерон не осознавал, как сильно Интернет, этот великий эксперимент, призванный объединить мир, оторвал каждого отдельно взятого человека от социума, сделал его диким как никогда.

С появлением Ниа жизнь Кэмерона полностью меняется. Благодаря ей он наконец понимает: необязательно отвергать доставшийся ему дар.

Хотелось бы мне и в реальной жизни иметь таких друзей, как ты. Людей, с которыми я могу быть настоящим.

Того, чем она в итоге стала, должно хватить, чтобы исправить ее ошибки и увидеть торжество справедливости, отомстить за свой народ. Достаточно, чтобы прибыть в это место и встретиться лицом к лицу с судьбой.

Ахилл плакал, когда меня уводили. Я не плакала. Даже теперь, спустя годы, когда все это уже не имеет значения, я по-прежнему горжусь собой.

Они собирались еще немного выпить – Патрокл уже взял кувшин в руки, – но затем Ахилл кивнул в сторону двери, у которой я стояла, и глаза его сверкнули. Патрокл рассмеялся. – О, да, она там. Я отступила назад и села на узкую кровать, стиснув кулаки. Попыталась сглотнуть, но во рту все пересохло. Еще через несколько секунд дверь распахнулась, и гигантская тень Ахилла заслонила свет.

Чья-то рука, с пальцами, шершавыми от песка, взяла меня за подбородок и повернула в одну сторону, потом в другую. Я попыталась открыть глаза, но солнце жгло так сильно, и когда я наконец заставился себя разжать веки, он уже отошел. Встал посреди арены, поднял руки над головой, дождался, пока смолкнут крики, и произнес: – Молодцы. Сойдет. И все мужчины рассмеялись.

Существует легенда, будто он преследовал Аполлона по долине Троады. Загнанный в угол, тот в конце концов сказал: «Ты не можешь убить меня, я бессмертен». «Да, – ответил Ахилл. – Но мы оба знаем, что, если б не твое бессмертие, ты был бы мертв». Последнее слово всегда оставалось за ним, даже перед лицом бога.

Ахилл великий, Ахилл сиятельный, Ахилл богоравный… Нет числа хвалебным эпитетам. Мы к подобным словам никогда не обращались. Мы просто звали его «жнецом».

Прошлое ушло, оно принадлежит минувшему времени. И это закон жизни. И хотя будущее тревожит своей неопределенностью, именно в него перейдет твое настоящее. Храни в памяти то, что было, но смотри вперед, только так можно чего-то добиться.

Пути назад нет, даже если мы оба еще оглядываемся.

– Фух! – сыто отвалилась я от стола. – Кто кушал хорошо котлетки, тот может есть теперь конфетки.

Горыныч замолчал, увидев нас, и тут вдруг повисшую паузу разбил детский вопль: – А-а-а-а! Говорящий трехголовый дракон! Мой фантом выпучил все шесть гляделок, разглядев эльфёнка, и тоже заорал на три голоса: – А-а-а! Живой ушастый ребенок!

Не я одна, конечно, а с Карелом. Он же напарник, если меня будут бить, он должен быть в доле.

И я бы поверила в то, что он со мной флиртует, если бы не его глаза: два дула винтовки. Того и гляди – убьет.

И потом, Аннушка - это Аннушка. Когда её волновали условия и правила? Она поступает так, как захочет её благородная фейская левая нога.

Если бы меня здесь заперли, уж я бы точно всем так жизнь отравила, что мало не показалось.Хе-хе! Из меня получилось бы очень зловредное и противное привидение. Ух и показала бы я им, где раки зимуют...

Идеальные партнеры никому не нужны, рядом с ними плохо, и остро чувствуешь собственное несовершенство. Просто будь собой, это намного ценнее.

Первостепенная задача школы - сделать из вас тех, кто сумеет выжить в любых обстоятельствах. Как в реальностях, так и в нереальностях, куда вы можете проваливаться непроизвольно.

Как я его перевоспитала! Ну какая же я умничка! Так испортить потомственного аристократа — это не каждая ведьма сможет.

-Жулик! - нахмурил брови Карел. - Жулька... Как будет жулик, но женского пола? - Умная и предприимчивая особа!