Синдикат заработал большие деньги на своей ставке, хотя действительная сумма выигрыша колебалась в соответствии с объемом выпитого пива, или луной, или приливами в Оушн-Гроув. Сол Грин похлопал меня по руке и сказал, что я беспокойный мышонок.

И каким-то образом он должен был это чувствовать, не думаете? Он был теплым и ласковым, но не мог полагаться на нашу любовь. Это ведь понятно? Почему же еще он убежал с девушкой? Мы бы ее тоже любили. Со всеми малышами, с каждым.

Всю свою замужнюю жизнь я старалась защитить Коротышку от зломыслия его отца, а тот делал все, что мог, чтобы удержать сыночка в клетке. Это стало целью моей жизни – добиться, чтобы муж познал уют любви. Теперь казалось, что все было напрасно. Он при всех рухнул на мертвое тело. Негде уже было прятать его неослабную тайную любовь.

Человек, который использует власть и контроль для манипулирования подчиненными, толкает людей, а не ведет их за собой.

Новый мир сделал поведение руководства более важным, чем когда-либо, как для отдельных лиц, так и для организаций.

Члены команды должны быть вовлечены в разработку крупномасштабных проектов и задач и ощущать, как каждый из них является необходимым компонентом команды.

Компании нуждаются в сотрудниках, чтобы создавать новые идеи независимо от того, какое место они могут занимать в корпоративной иерархии.

Скорость изменения бизнес-среды сегодня является ключевой причиной того, что существует огромный разрыв между теми, кто процветает, и теми, кто барахтается.

…Странное выражение сверкнуло на истощенном Машином лице. В нём была и жалость, и пересиливающая всё жестокая радость, напоминающая радость обозлённого ребенка, который не может удержаться от того, чтобы не ударить животное.

…Он задержался в душе дольше, чем нужно, долго не смывал с себя мыльную пену, долго вытирался и причесывался, потому что отвращение не только не проходило, но с каждой секундой усиливалось. Гадок и ничтожен был, прежде всего, он сам, но и Вера была виновата, что он так ничтожен, и даже жена на другом конце свете несла на себе часть их общей вины.

…Марина чувствовала, что каждый новый день качается под её ногами, как палуба. Та внезапность, с которой ушёл он, притаилась за спиной и ждала только того, чтобы захватить её врасплох.

…Они возненавидели друг друга с той же внезапною яростью, с которой только что соединялись телами по ночам. Любовь их устала и забилась в угол, а ненависть оказалась неутомимой.

…Даже любви не было между ними в эту ночь. Коля вставал, накидывал ватник, выходил на крыльцо покурить. Возвращался промерзший, посеребренный еще не утихшим и редким снежком. Ложился рядом с ней. От него пахло табаком и свежим холодом.

…Сидеть в этом зале так близко от тела, которое утром он видел в купальнике, вдыхать кисловатую терпкость духов и чувствовать, что через пару часов им нужно куда-то пойти и где-то остаться вдвоём, - всё это пугало его. Но вместе с испугом росло нетерпение.

Он был моим лучшим другом. С тех пор, как мне исполнилось тринадцать лет, он стал для меня старшим братом. Мы все делали вместе. Мы часами разговаривали о наших семьях или о том, чем хотим заниматься в жизни. Я всегда могла положится на него. Тайлер был другом, к которому я шла, когда была расстроена или напугана. И что бы ни случалось, он всегда был рядом.

Я размышлял над тем, могу ли я еще изменить свое решение. Если бы я мог рассказать Питеру, что это Эмбер похитила меня и стреляла в меня, чтобы заставить признаться в совершении преступления, которого я не совершал. Это было большим искушением – пойти по этому пути, где моя жизнь не будет загублена.

Я сделала глубокий выдох, надеясь, что сказанное Шарлоттой было правдой. Надеясь, что после всего, через что мне пришлось пройти, после решения уехать из родного города и начать жизнь заново, я нашла место, где смогу оправиться – место, где я встречу других женщин, которые поймут меня. Место, где независимо от того, что еще может случиться, я, наконец, обрету себя.

Я думаю о том моменте, когда Тайлер наклонился и прижался губами к моим губам. Это был первый поцелуй в моей жизни. Сначала я не знала, как реагировать, и просто позволила этому произойти. Я закрыла глаза и разомкнула губы, позволяя ему проникнуть в мой рот и коснуться моего языка. Но потом в голове зазвенел звоночек, как бы предупреждая меня об опасности, о том, что все пошло не так, как надо.

Ты думаешь, что я не в курсе, что она злюка? Я ее лучший друг. Я знаю о ней больше, чем когда-либо будешь знать ты. И я люблю ее сильнее, чем когда-либо будешь любить ее ты.

Я хочу повернуть время вспять, стереть из памяти ту ночь, когда мир обрушился. Я хочу стереть все, что пошло наперекос.

Выход за пределы познания – это дело поэтов. В этом их предназначение. Они не такие, как вы или я. У них есть некая дополнительная малость, всегда готовая к взлету. Поэты понимают, почему Бог не дал нам крыльев – хотел устроить увеселительное мероприятие. Хотел, чтобы мы сами стремились возвыситься. Хотел поэзии.

Дождь становится рекой, которая идет к морю и становится дождем, который становится рекой. Так и книга есть сумма всех других, какие прочитал писатель. Любая книга, которую пишет писатель, заключает в себе все остальные, потому существует и всегда будет существовать библиотека, подобная реке. Моя книга содержит в себе книги, прочитанные моим отцом, и потому его душа всегда будет жива, и моя тоже.

Некоторые женщины оказываются весьма практичными. Такие женщины переживают боль, оценивают потери и сразу же приступают к исправлению ситуации. Такие женщины не испытывают внутренней безнадежности. Они откажутся от своей красоты, пожертвуют своим счастливым музыкальным смехом, вынесут душевные муки столь сильные, что в сердце образуется пустота, но все равно не будут побеждены.

Чем больше вы надеетесь, тем больше страдаете. Лучшие из нас надеются сильнее всего. Такое уж у Бога чувство юмора.

В отличие от девочек, мальчики рождаются как хозяева вселенной, но лишь пока более крупный хозяин не сбивает их с ног.

Джентльмены совершают покупки – верный знак, что снова творится черт-те что, думал мясник, заворачивая бараний мозг в пергаментную, а затем и в обычную оберточную бумагу.

И хотя она зачастую с презрением наблюдала, как ее родители и их сверстники говорят друг другу совсем не то, что думают, где-то на задворках сознания постепенно зарождалась неприятная мысль: а что если взаимный обман, секреты, утаивания – неотъемлемая часть человеческих отношений?

Когда люди взрослеют, как ты, то начинают понемногу осознавать, что родители – не просто мама с папой, но живые люди со своими проблемами.

За ужином в столовой о будущем не говорили: всевозможные спекуляции давно исчерпали себя, и каждый углубился в свой внутренний мир страхов и сомнений – у всех имелись на то веские причины, и было бы эгоистично и малодушно обсуждать их с остальными

Настоящий джентльмен не станет болтать попусту!

Пока присутствующие хранили молчание, мирное время подходило к концу.

Некоторые секреты открываются только тем, кто докажет свое упорство.

Мои слова неизбежно оказываются орудием уничтожения, и я не в состоянии их обезвредить.

Когда денег мало, с самого детства невольно становишься рассудительным во всём.

Ганси понял: главное — верить, что всё это существует. И понять, что все эти странные штуки — часть чего-то большего. Некоторые секреты открываются только тем, кто докажет свое упорство.

Счастлив тот, кто найдет короля и осмелится пробудить его, ибо король дарует ему награду, столь чудесную, какую только в силах вооб- разить смертный

По ночам в Генриетте ощущалась магия, а магия по ночам может восприниматься как что-то ужасное.

– Они тебя тревожат? – спросил Брамалл. – Ты упомянул возможность поражения. – Ковбои хуже всего, – ответил Ричер. – Едва ли я способен сделать с ними то, чего еще не делала лошадь.

Он врезал байкеру ногой по колену, тот рухнул лицом на гравий, бум, и Ричер лягнул его по голове, но левой ногой, которая была у него слабее. Обычное дело для правши. Вполне разумное решение. Не нужно заходить слишком далеко. Глупость не является тяжким преступлением. На самом деле это вообще не преступление. Просто гандикап.

– Самый худший случай, – заметил Ричер. – Такое случается, – сказала Маккензи. – Чаще, чем никогда, реже, чем всегда. – И к какому варианту вы склоняетесь? – спросила она. – Надейся на лучшее, готовься к худшему.

– И почему вы решили, что речь обо мне? – спросил Ричер. Накамура снова включила запись. «Если это произойдет, отнесись к нему серьезно. Таков мой совет. Этот парень похож на вышедшего из леса Бигфута. Предупреждаю тебя, ясно?» ДетективНакамура нажала на «Сстоп». – Бигфут? – сказал Ричер. – Не слишком любезно с его стороны.

– Проклятье, кто вы вообще такой? – Просто человек, у которого не задался день. Конечно, это не ваша вина, но если б меня попросили дать совет, я сказал бы, что портить мой день и дальше – очень плохая идея. Это может оказаться каплей, переполнившей чашу. – То есть, вы мне угрожаете? – Скорее, это как предсказание погоды. Общественные услуги. Вроде предупреждения о торнадо.

– Я хочу, чтобы вы покинули округ. – Меня такой вариант вполне устраивает. Я планирую уехать первым же автобусом. – Недостаточно быстро. – Намекаете, что я должен угнать мотоцикл? – Я вас отвезу. – Вы так сильно хотите от меня избавиться? – Это освободит меня от кучи бумажной работы. Точнее, нас обоих.

Какой из поэта демократ? Поэт обязательно должен быть или царь, или раб, или червь. Или все сразу, как Державин.

С парнем из моего ущелья у меня не больше общего, чем с парнем из Манчестера или Сеула. Мы едим пиццу и роллы и запиваем кока-колой.

В больнице время вообще вытворяет странные штуки. То минуты растягиваются в долгие часы, то вдруг совсем куда-то исчезают.

Обычно людям труднее быть невежливыми, когда пожмут тебе руку.

Меня всегда очень забавляло это выражение: «Не будите спящую собаку». Ведь любая спящая собака рано или поздно просыпается, не так ли?

Дасти взглянула на Барбару и Линли, в основном обратив внимание на волосы сержанта. – Что вы с собой сделали? – поинтересовалась стилист. – Это был нож для чистки овощей? – Ножницы для ногтей, – поправила Барбара. – Боюсь, что ничем не смогу вам помочь. Они слишком короткие. Вам придется вернуться, когда они отрастут. – Я обязательно запишу это в свой еженедельник, – сказала Барбара.

– Мы вот о чем, Финн, – сказала сержант. – Перед нами целая паутина фактов, и в ней запутались разные фигуры, которым известно, кто, что и когда сделал и кто что сделает в будущем. И нас постоянно тянут в самый центр этой паутины, где притаился паук. А похож он больше всего на вас.