Завертев браслетами на запястьях, он вроде как небрежно пожал плечами: — Я не убиваю. — Технически, да, только калечишь. — Егор прохрустел пальцами и улыбнулся по-змеиному. — Никто из твоей братии не убивает. Но если так рассудить, что есть смерть? Отсутствие жизни. А ты забираешь её энергию, капля за каплей и таким образом приближаешь смерть.

— Кто-то пытался провести вампирский ритуал. Но не вышло. Этот юноша, — она ткнула пальцем в экран и выпустила сизый дым, — умер в процессе. Возможно, его хотели обратить против воли. Ковен просит тебя разобраться. Глотнув вина, Влад подался вперёд и вгляделся. Качество фото дрянное, но он и так различил разорванную шею, порезанные вены, развороченное бедро. На груди вырезаны алхимические знаки.

— Тебе идет запах смородины. Он смотрит с нежностью, когда она, распаленная и в то же время страшащаяся того, что будет дальше, выгибается в хватке креплений. Тихие шаги. Он близко, так близко, что можно утонуть в бездне его глаз. — И я буду пить тебя этой ночью. Он усмехается. И тянется за ножом.

Блестящая дедукция. Безупречное доказательство. Но, эммм... как бы это сказать... мне неловко это говорить, но скажу прямо. Ты малость бесишь.

Я не знаю, что больше потрясло Осанай-сан: то, что у нее украли велосипед, или то, что она упустила возможность съесть весенний лимитированный клубничный тарт. Велосипед можно купить новый, а вот клубничный тарт - ограниченная серия, которую можно попробовать только этой весной.

Если бы идея заключалась в чем-то таком, то было бы интересно, но, даже если допустить, что это так, то это не оригинальная идея.

Сиер широко улыбнулся. Он подошел к недоумевающей Камилле и крепко обнял ее. Его губы коснулись ее щеки. Разумеется, Камилла ничего не почувствовала. С чего бы живому человеку ощутить прикосновение призрака? По крайней мере, так должно быть…

От таких личностей Камиллу уже тошнило. Сначала они подкатывают с приторными речами, прикидываясь близкими друзьями, а сами только и ищут, как бы выудить выгоду. А если им отказываешь — тут же строят из себя жертв, заявляя, что их глубоко ранили, ведь они «так тебе доверяли». «В шоу-бизнесе таких пруд пруди».

«Только соберу деньжат — сразу свалю из этого дурдома. Построю себе уютный домик в тихой деревушке и буду жить припеваючи».

— Удача и беда всегда ходят парой. — Удача?.. Пока граф пребывал в замешательстве, Камилла протянула ему что-то. — Что это? — Ваша удача.

Камилла долгое время была безответно влюблена в Петро. Об этом были в курсе все: ее чувства… точнее, одержимость, не знала границ. Она не только ходила за ним по пятам, но и подворовывала его вещи, а еще без зазрения совести выбрасывала письма, которые ему писали другие девушки.

В шоу-бизнесе ходит поговорка: «Судьба актера и судьба шамана — один к одному, так они похожи».

Бывшая наемная рабыня никогда так долго не бездельничала. К тому же в древности и развлечений-то почти не было. Так что, целыми днями валяясь на солнышке, она дошла до того, что у нее начало ломить поясницу.

– Кто ты на самом деле?

Ты видишь в ней лишь маленькую пташку, которую нужно выпустить на волю, но не замечаешь, что она возвышенна, чиста и ярка, как сама луна, способная залить своим светом тысячи ли лазурного небосвода.

Вы говорите, что вынуждены лавировать между двух огней, потому не можете открыто выразить свои истинные намерения?

— Дружба с императором подобна общению с тигром.

В этой истории, где каждый был отрицательным персонажем, ей, чтобы прорубить себе кровавую дорогу и выбраться из затруднительного положения, следовало стать самой главной злодейкой среди них.

Память — наша совесть. Мы учимся быть людьми, ошибаясь и получая шрамы. Без памяти мы уничтожим друг друга и самих себя. С потерей памяти Лео лишился шрамов на сердце, которые делали его хорошим человеком...

Когда в мире, где чудовища прячутся в стенах дворцов, появляется кто-то, способный истребить чудовищ, этот кто-то становится героем, которым все восхищаются.

пустоту во мне может заполнить лишь Лео.

Мы рождены, чтобы носить маски, быть кем-то другим — только тогда нас любят: когда мы соответствуем ожиданиям, не пугаем своими больными душами.

Когда в мире, где чудовища прячутся в стенах дворцов, появляется кто-то, способный истребить чудовищ, этот кто-то становится героем, которым все восхищаются.

Иногда выход можно найти лишь во тьме, когда кажется, что спасения нет.

Мы все слишком часто думаем, что будет потом, и наше «сейчас» все отдаляется от нас.

Мужчина – это чувствительная арфа, на которой женщина должна уметь играть сотни различных мелодий!

Любовь – это ад и рай одновременно.

Мне нужны верующие, которые так жаждут смерти, что не устрашатся ничего. Они должны быть влюблены в смерть. Я хочу, чтобы они гнались за ней, искали ее и умоляли ее снизойти, словно она жестокая и недоступная дева.

Я искал возможность сделать сказку былью. И наконец я пришел в Аламут. Сказка стала явью, рай создан и ждет своих посетителей.

Ничто не истинно, все дозволено.

Две трети всех преступлений в мире совершается из-за денег.

«Чем ближе к сердцу улья, тем сильнее жалят». Так говорили у нас в спецслужбах, когда я еще работала агентом. Чем дальше ты заходишь в надежде нащупать правду, тем больше помех встречаешь на своем пути. С другой стороны, чем сильнее жалят пчелы, тем ближе ты к конечной цели.

– Конкуренция – это, конечно, хорошо, но не стоит забывать о недостатках, – добавлял начальник. – Соревнуясь в чистоте сковородок, люди обретают силу.

Раньше у меня был свой порядок уборки, который свекровь постоянно критиковала за неэффективность, всюду указывая на беспорядок, поэтому теперь я делала все именно так, как она настаивала. Следование заранее определенному порядку процедур не вызывало у меня сложности – в конце концов раньше я неоднократно успешно обезвреживала взрывные устройства.

Глупо и наивно полагать, что будет достаточно любви, чтобы поладить с диким животным.

– Что-то про проклятье, погрузившее всех в сон на сотню лет? История о принцессе, пробужденной ото сна принцем, верно? – отвечаю я. – На самом деле это история о женщине-каннибале .

Всякий раз, когда кто-то утверждает, что женщины «вот такие» и «такие вот», соответствующие замечания стоит воспринимать как анекдоты.

Юношеская наивность в его глазах постепенно исчезла, и во взоре стали проглядываться не принадлежащие ему грусть и печаль. В этом взгляде даже появился лёгкий намёк на самобичевание и раскаяние.

Колесо сансары и карма неумолимы: если источник зла был посеян, то появление горьких плодов неизбежно.

Прощение не означает отсутствие ран или боли.

Встречи и расставания, привязанность или отчуждение — это всегда личный выбор.

Все живые создания существуют и на небе, и на земле. Независимо от того, являются ли они богами, буддами, бессмертными или демонами, они должны вернуть миру столько же, сколько от него получили.

Демоны не всегда злы, как и бессмертные не всегда добры. Запомни, А Инь: добро и зло определяются сердцем, а не происхождением.

...каждый из нас видит мир теми глазами, что даны ему от природы, а глаза видят, что захотят, и разнообразят мир, и населяют его чудесами...

…до чего же все на свете связано и переплетено между собой, и величайшую ошибку совершаем мы, полагая, что вольны сами перерезать

...и если даже ведет меня стезя к неведомой звезде, это ещё не повод не двигаться по земным дорогам

...поразительно, до чего же все-таки люди беспечны: их на плоту уносит в море, а они живут себе своей жизнью, будто под ногами у них твердая, вовеки веков непоколеблющаяся земля, лепечут себе, как Моисей, когда плыл по Нилу в плетеной из ивняка корзинке, играл с бабочками и, на свое счастье, остался незамеченным крокодилами

…придется усвоить, что вопреки народной мудрости, гласящей: «Своей судьбы никто не минует», всегда может выпасть нам чужая судьба

А конечная и великая истина состоит в том, что мир не может быть мертвым

– Ты знала, какие мы, но все-таки решила с нами дружить. Интересно, почему? Может, потому что не нашла подруг, которые бы захотели общаться с такой, как ты? – С какой? Которая единственная из вас всех уедет отсюда, пока вы будете догнивать в этой дыре? Она отшатнулась от меня, словно я дала ей пощечину, и с усталым видом сказала: – Зря ты считаешь, что лучше нас. Потому что это не так.