Я думаю, ты разобьешь мне сердце, Линкольн Хендрикс.

И если бы я провел остаток своей жизни здесь, я был бы самым счастливым человеком на свете. Пока эта женщина была рядом, я чувствовал себя как дома.

Волны разбивались о берег в нескольких футах от нас, и я мог бы остаться здесь навсегда, целуя эту девушку. Под луной. На берегу.

Я не собираюсь спать в доме, откуда не видно звёзд — они помогают мне пережить ночь. Если вдруг проснувшись посреди ночи, я увижу лишь чёрный как смоль потолок, то тут же ослепну.

Моё тело дано мне духами, и я хочу остаться в горах, чтобы отдать его обратно духам.

Легче всего теряются самые дорогие вещи.

Вы удивительный народ! Ваш танец может убить боевого коня, а музыка — заживить раны!

Если женщина падает от счастья в обморок из-за мужчины, значит, она прожила свою жизнь не зря.

Только обладая знаниями, человек увидит свет этого мира.

У тебя слишком чистые глаза для девушки, которая бывает на таких вечеринках. Не знаю, стоило ли считать это комплиментом.

Я устала чувствовать себя такой растерянной. Я устала не понимать.

Время остановилось, я почувствовала, как сердце вдруг замедлило бег. Я увидела, как его разочарование превратилось в глубокую муку.

Забавно: в те моменты, когда я чувствовала себя наиболее живой и настоящей, всегда был замешан Эйден. Я сделала вдох и попыталась успокоиться.

Чистое небо усеяно звёздами. Лес подступал к границе поместья, приглушая шум праздника.

Жизнь непредсказуема, но никогда не бессмысленна. Если ты здесь, значит, на то есть какая-то причина.

Я воздержалась от комментария о том, что у него оно не такое уж и тяжкое. Следить, чтобы музы пребывали в хорошем настроении, — не титанический труд. В Аполлоне крылся огромный потенциал. Из него бы получился отличный верховный бог.

Афина выгнула брови, и я прекрасно поняла ее скепсис. Слова «терпение» и «Зевс» абсолютно не сочетались друг с другом.

— Ты действительно смелая, — произнес он так тихо, что слышала лишь я. — Или хочешь такой быть. Ты стала бы для меня достойной парой. Что скажешь? — Никогда.

— Я не отличаюсь терпением, — тихо откликнулся он. — Значит, придется научиться.

Что-то в этом есть. Как говорил Калхас в больнице? «Ты делаешь зримое незримым».

Черт возьми, все изменилось. Я больше не одиночка, отказывающаяся от отношений. Наоборот, я состою в романтических отношениях с тремя безжалостными мужчинами, которые считают меня своей королевой.И нет ничего лучше, чем быть рядом с ними.

Ради тебя я готов на все. Мы уже не два отдельных человека. Мы — одна душа, разделенная на двоих.

Убьешь меня — и сам погибнешь. Даже ты не готов на такое самопожертвование.

Даже любовь не спасает, когда внутри пустота. Сейчас она — пепел на ветру.

«Молекулы дыма впитали влагу в лёгких Янагида‑куна и увеличились в размерах… Именно поэтому свет получился белым»

«Сколько лет я потерял? Десять? Нет, больше… Ах, если бы можно было повернуть время вспять»

«Большинство учащихся, включая Такэто, были либо сконцентрированы на себе, либо же не хотели иметь ничего общего с теми, чей мир отличался бы от их собственного»

«Есть люди, которые, сколько бы ни упражняются, не могут петь или играть с мячом. Да, у вас с письмом и чтением есть…»

«Само по себе оно, конечно, понятно не станет. Работать руками. Много‑много писать. До посинения возиться с формулами, вырисовывать графики. И тогда в какой‑то момент вас обязательно настигнет озарение»

«Тот, кто перестаёт учиться, стар, будь ему что двадцать, что восемьдесят».

Мы делились тем, чем никогда не делились ни с кем другим. Все просто хотели нас исправить и понять, как снова собрать воедино.

Ничто не может нас разлучить. Но это не значит, что мы не прошли через ад, чтобы добраться до рая.

Люди приходят и уходят, чтобы преподать тебе урок и помочь узнать себя.

Я положила цветы ему на колени и сидела рядом, не говоря ни слова, просто находясь рядом. Иногда именно молчаливое присутствие становится самой точной формой поддержки. Не все важное нужно объяснять словами.

Печальная реальность: даже красивые вещи могут причинить боль. Но от этого они не перестают быть красивыми.

Я отказываюсь продолжать умолять кого-то хотеть быть рядом. С этого момента я тоже буду делать минимум.

Если никаких предположений у тебя нет, то всё могло выйти случайно. Ты просто нечаянно дотронулся до этого.

Так-то странно требовать от нечисти какого-то смысла.

Не оглядываясь, сделала несколько шагов, но ноги её не издали ни звука. Более того, от них даже не ложилось тени.

Чёрное, словно вот-вот растворится в ночи, пальто идеально облегало её фигуру, только подол его раздувался и вздымался от ветра.

Какое-то удивительное чувство: будто нахожусь в животе огромного кита, и ощущения немного притупились.

Однако людей, кто пошёл бы гулять сюда в такую глухую ночь, всё-таки не нашлось, и сейчас вокруг стояла абсолютная тишина, от которой даже ушам становилось больно.

Зал обезумел от восторга, когда Тор стянул шелковую ленту с моего бедра. Не думаю, что видела в своей жизни что-то более сексуальное. Голова шла кругом от переполнявших эмоций.

Либо я говорю все сейчас, либо замолчу навек.

Душа переполнена чувствами до краев, и я не в силах удержать их внутри – они готовы вырваться наружу в любой момент.