Мы чувствуем, что живем, только потому, что заключенные в Бельзене умерли. Мы чувствуем, что наш мир существует, только потому, что тысячи таких же миров погибают при вспышке сверхновой.

Нет никаких богов; винить некого; и отсюда эта ее атеистическая религия – делать добро ради самого добра.

Разве важно, что когда-то существование ее прекратится; все это останется, а ее уже не будет, нигде. Разве это обидно? Или наоборот – даже утешительно думать, что смерть означает совершенный конец; но каким-то образом, на лондонских улицах, в мчащемся гуле она останется, и Питер останется, они будут жить друг в друге, ведь часть ее – она убеждена – есть в родных деревьях; в доме-уроде, стоящем там, среди них, разбросанном и разваленном, в людях, которых она никогда не встречала, и она туманом лежит меж самыми близкими, и они поднимают ее на ветвях, как деревья, она видела, на ветвях поднимают туман, но как далеко-далеко растекается ее жизнь, она сама.

Всегда надо предполагать худшее, чтоб быть готовым.

Умение отказывать – вопрос преобладания разума над мягкотелостью.

Конечно, ты абсолютно заслуженно считаешь себя умным человеком, – голос Гела немного потеплел, – но ум очень часто плохо приспособлен для того, чтобы принести человеку счастье, удовлетворение и душевный покой.

Начнем с хорошего. Гера была привлекательной, причем я имею в виду по-настоящему сногсшибательную привлекательность.
У нее длинные лакрично-черные волосы, а черты лица величественны и прекрасны, как у супермодели на подиуме. Греки описывали ее глаза как «бычьи». И можете верить или нет, но это комплимент, означающий, что у нее большие глаза теплого коричневого оттенка, глядя в которые ты будто растворялся. Видимо, греки кучу времени пялились на быков.

Будь я на ее месте, я бы дождался, когда царица начнет:
— О великая Деметра…
И тут же выпрыгнул бы вперед в облаке взрывов и фейерверков:
— ЗВАЛИ?!
Может, и хорошо, что никто не сделал меня богом.

– Иногда я думаю, что правды в беллетристике больше, чем в реальной жизни. По крайней мере, правды столь концентрированной, что ее легче понять.

И тут он открыл глаза. А я засомневалась, так ли хорошо выгляжу, потому что парень совершенно точно испугался. Надеюсь, это от отсутствия воспоминаний, а вовсе не из-за помятости моей физиономии.

…Странное создание – человек. Странное и необъяснимое. Как это Господь создал его по образу и подобию своему? Каково же это подобие, если Марк Ледогоров человек и Игорь Виноградов тоже человек? Кто из них более подобен Богу?..

Третья сестра: Тефида, и обещаю, это последнее имя титанид, начинающееся на букву «Т», потому что уже даже я начинаю путаться. Она любила реки, родники и все прочие потоки свежей воды. Она была очень добра и всегда предлагала своим родственникам чего-нибудь попить, хотя остальным очень быстро наскучило выслушивать заявления типа: «Среднестатистический титан для поддержания водного баланса в организме должен выпивать двадцать четыре больших кубка воды ежедневно». Можно сказать, Тефида считала себя этакой нянькой всего мира, так как всем живым существам необходимо пить. Ее замужество с Океаном было решением, мягко говоря, спонтанным: «Эй, ты любишь воду? Я тоже ее люблю! Нам определенно стоит начать встречаться!».

– В героизме нет никакого бесстрашия. Никогда не думаешь, что идешь на смерть. Берешься крепко за автомат, и от его рывков блохи страха словно бы спрыгивают с тебя…

Счас, размечтался, будет она с тобой говорить о жизни. Точнее, о глобальных человеческих проблемах. О том, что мучает тебя. У нее, блин, свои глобальные проблемы – Васькины отметки, то же мясо, акции в продуктовом и шмоточном. И ей кажется – вот уверяю тебя, – что важнее ее проблем нет ничего! А все твои измышления… Ну, это вообще бред собачий и полная хрень. Все оттого, что тебе нефига делать.

Расплатилась щедрая Клавка – щедрая, потому что пьяная. На трезвую голову от нее и снега прошлогоднего не допросишься.

Впервые за долгие годы она испытывала покой на сердце. Наконец-то ее отпустил страх, бесконечный страх обронить лишнее слово, подвергнуться осуждению и критике. Здесь для всех она – просто овдовевшая дочь каноника…

Я не присутствовал на заседаниях суда, где рассматривалось дело по обвинению Дэнни в уголовном преступлении и лишении его прав опекунства. Процесс тянулся без малого три года, поскольку одна из целей Максвелла и Триш состояла в том, чтобы опустошить банковский счет Дэнни и сломить его волю, а заодно поизмываться над ним, лишить возможности общаться с взрослеющей Зоей.

Пустое времяпрепровождение всегда раздражало его, даже если это касалось совсем посторонних людей.

...если чувства себя изжили, о своем партнере и вспоминать не хочется.

Ты ведь единственная родная душа, которая осталась у меня на всем белом свете. Не считая, конечно, тех, кто доживает свои дни в мире собственных фантазий.

– Нет, ну что он в ней нашёл? – пробухтела Роззи. – Фигура так себе, волосёнки жиденькие, а уж если краску с лица стереть – пугало натуральное!
– А характер? – включилась в разговор Полли. – Она же стерва законченная!
– Ага, – встряла Люсси. – Мне тут Жакар по секрету шепнул, какой подарок эта гадина на день рождения просит, я… я столько и за десять лет не заработаю!
– Честным трудом не заработаешь, – хихикнула Полли, – а вот если…

Я доказал самому себе, что не достаточно только лишь помнить, если это заставляет тебя зачерстветь в ненависти.

Физическая месть казалась единственной приемлемой компенсацией за тот гнев, что я носил в себе.

Хилари не нравилось большинство женщин — она считала их скорее конкурентками, нежели союзницами,...

...из инвестиций в кинематограф можно получить крайне высокие прибыли. Нужно лишь заняться какой-нибудь одной сенсационной картиной, понимаешь, — и огрести себе целое состояние. Которого хватит, чтобы компенсировать тысячу провалов.

Может быть, это потому, что у него есть чувство собственного достоинства, – размышляла она. – И потому, что он своим достоинством как-то… не переполнен. Как-то иначе оно у него выражается, чем я привыкла. Он… он… – Белка ловила мысль, но никак не могла поймать. – Он имеет причину своего поведения в самом себе!

...человеческому разуму необходимо ежедневное усилие над собой...

Он считал, что все главное в его жизни кончено и надо просто проживать оставшееся так, чтобы не было стыдно перед людьми, вот и все.

Когда путешествуешь и видишь широкий мир, то вроде бы и собственная жизнь должна представать перед твоим мысленным взором широко раскинувшейся в пространстве и времени. Но нет – во время путешествий ты видишь в своей жизни только то, что относится непосредственно к сегодняшнему дню. Зато стоит тебе завалиться на диван в десятиметровой комнате в панельной девятиэтажке в микрорайоне Южное Тушино, как собственная жизнь, втиснутая в этот маленький объем, некстати предстает перед тобою во всей своей… Нет, не красе, а наоборот – во всей своей узкой обыкновенности.

– На их фильм даже мухи не прилетят.

И сколько же женщин из-за детей и денег терпят измены мужа?

И теперь они действительно связаны неразрывными узами кредита на всю жизнь. Любовь еще может умереть или исчезнуть. А созаемщики вместе навсегда.

– А что, взрослые обязательно делают гадости?
– Ну… они о гадостях думают. Потому и взрослые.

Иногда подлинное мужество не в борьбе, а в том, чтобы встретить неминуемую смерть лицом к лицу.

Настолько красивая, что можешь испортить людям праздник.

Всему своё время. Время разрушать и время строить. Время молчать и время говорить.

У людей теперь нет времени друг для друга.

Конечно, все люди умирают, но когда придет моя очередь, я скажу: нет уж, спасибочки.

– Давайте все дружно остынем и не будем пыль до потолка поднимать,…

Музыка - это лес из звуков, сквозь который ты идёшь.

– Соседи снизу мстят, – прокомментировала спутница Вики. – Вроде как Тонька их заливает регулярно. Учитывая, что у нее три собаки, не хочу даже знать, чем…

...на лестничной клетке располагались три двери: две – вполне обычные, а третья – старая, ободранная и, кажется, даже один раз подожженная.

Мир не позволяет вещам просто быть. Всегда есть начало и конец.

Отстаивать свои убеждения на деле гораздо труднее, чем проповедовать принципы равенства и добра.

Как счастливы мужчины! они могут воевать, рисковать своей жизнью, упиваться опасностью, защищать свою честь. Но ничто на свете не может облегчить страдания женщины; однообразная жизнь, полная горестей, становится для нее нескончаемой пыткой.

— Вы говорите о моем счастье; о вашем счастье уже нет речи. Я не отталкиваю вашу жалость; в эту минуту она мне нужна; но неужто вы думаете, что она даст мне силы жить?

В нашей стране глубоко чувствуют любовь и восторгаются ею, но искусство проникать в чужую душу, угождая самолюбию, у нас неизвестно.

Популярность — не то, чего можно желать, к чему стремиться и ради достижения чего работать — как бы ни старались авторы множества дурацких статей, повестей для подростков и голливудских фильмов убедить всех в обратном. Популярность — это то, что другие люди определяют за тебя. Другие решают, что ты клевая, красивая и интересная, и хотят с тобой дружить. И с этого момента ты популярна.

Бывают дни, сотканные из одних запахов, словно весь мир можно втянуть носом, как воздух: вздохнуть и выдохнуть... Иные дни хорошо пробовать на вкус, а иные - на ощупь. А бывают и такие, когда есть всё сразу.

В свои 35-40 лет при росте около 170 см этот человек не имел ни грамма лишнего веса.Узкие кисти рук без малейших морщинок плавными линиями перетекали в длинные,много лет упражнявшиеся в гибкости пальцы и своим видом напоминали древнейшую форму растительности-два семейства извивающихся существ с общими грибницами-корневищами,в недрах которых и по сей день таились дремучие инстинкты самой первой жизни на Земле.
Ногти,отшлифованные временем и кропотливой заботой,слагали на кончиках пальцев орнамент из безупречных по форме овалов.То были несомненно красивые и чем-то неуловимо страшные руки. Вид этих рук заставлял подозревать,что владелец их-специалист какого-то очень узкого профиля,вот только какого именно,для всех оставалось загадкой.