И все же у людей есть качество, которому я завидую. Людям, если уж на то пошло, хватает здравого смысла умереть.

И лишний раз покажет мне, что случай всегда ведет к следующему случаю, точно как риск несет в себе новый риск, жизнь – новую жизнь, а смерть – новую смерть.

– Пусть они вернутся живыми, – повторяла она. – Господи, прошу тебя. Все они. – Даже морщинки вокруг ее глаз складывали ладони.

Один из них был книжным вором. Другой воровал небо.

Говорят, война – лучший друг смерти, но мне следует предложить вам иную точку зрения. Война для меня – как новый начальник, который требует невозможного. Стоит за спиной и без конца повторяет одно: «Сделайте, сделайте…» И вкалываешь. Исполняешь. Начальник, однако, вас не благодарит. Он требует еще больше.

ХУЖЕ МАЛЬЧИШКИ, КОТОРЫЙ ТЕБЯ НЕНАВИДИТ, ТОЛЬКО ОДНО – мальчишка, который тебя любит.

Добрая собака определенно лучше злого человека. Только пес будет любить тебя просто за то, что ты возвращаешься домой каждый вечер.

Помощник поскользнулся и упал. Сачок выпал из его руки. Я бросился вперед со скоростью молодого гепарда, схватил инструмент для ловли бабочек и опрометью понесся к собаке. В голове билась лишь одна мысль: надо успеть. Но, если куда-то торопишься, то непременно опоздаешь. Мои ноги неожиданно разъехались, и я рухнул прямо в лужу. Сачок выскользнул из моих рук и отлетел в сторону.

Я не стал изображать храброго игрока в гандбол, трусливо присел и залез под стол. Борис проделал то же самое, через секунду к нам присоединился Юра. Три богатыря затаились в укрытии. А в лаборатории творилось нечто невообразимое. Слышался стук, звон чего-то разбитого, шорох, наконец, повисла тишина.

Боря сжал Демьянку в объятиях, я вознес над ее мордой печенье. Юра стоял наготове. Собака шумно вздохнула, подергала носом, увидела бисквит, пришла в восторг, разинула пасть... Юра мигом запихнул Демьянке за щеку ватную палочку, а она именно в этот момент подпрыгнула и схватила лакомство

– Материнская любовь иногда похожа на удава, – буркнул Борис, – обняла и душит!

— Кая никогда не было подле меня, — твердо произнес Люциан. — Тот, кто раз за разом спасал мою жизнь, всегда сопровождал меня, был владыкой тьмы — тобой и никем иным.

— Кай тебе нравился, ты знал его, верил ему, а я… для тебя не существовал. Я был демоном, темной сущностью, правителем Асдэма, тем, кто разрушил клан Ночи, убил своего брата и его возлюбленную… Узнай ты, что я вовсе не Кай, поверил бы в мои добрые намерения? Стал бы слушать чудовище?

Перед тем как возродиться и вступить в схватку с тем, кто его погубил, Каин молил тьму поглотить его, не оставив и следа.

Не все демоны живут ради убийств.

Во тьме чужих глаз Люциан увидел свое размытое перевернутое отражение. Казалось, он весь светился, а золотистые радужки горели как никогда прежде, напоминая два солнца.

Каин не знал и о чувстве несправедливости, поэтому даже не думал о том, что его заточение в чужой душе — это нечестно. Тьма хотела, чтобы жил его брат, а он этой жизни был недостоин.

Воздух плавился. Княгиня сделала первый шаг. Она подошла к доктору совсем близко. Что-то поистине дьявольское было в каждом ее движении, в изгибе шеи, в повороте головы. Ее легкие выдыхали яд, от которого кружилась голова и учащенно билось сердце. Она провела рукой по его жесткой бороде, и лицо ее исказилось в странном выражении, которое он еще никогда не видел.

Ей опостылела столица с ее светскими развлечениями и интригами, она так устала ждать любви, хотя, в сущности, никогда не боролась за собственное счастье и предоставляла себе плыть по течению. Так было всегда, она всегда была лишь марионеткой в руках судьбы, безучастно взирая на собственную жизнь глазами отстраненного наблюдателя.

Антон Ильич откинул фату с лица графини. Он еще никогда прежде не целовал ее. Наденька хотела узнать, что почувствует, когда ее поцелует кто-то другой, кроме Андрея. Князь еле коснулся ее губ, и ей показалось, что он поцеловал ее, потому что так было надо, а не потому, что ему хотелось это сделать. От мужа повеяло холодом, и Наденька сильно испугалась внезапно охвативших ее чувств.

Графиня пришла в себя от легкого удара по щеке. И теперь ее взгляд не выражал ни удивления, ни испуга, ни страха. «Вы пойдете туда, даже если мне придется тащить вас силой». — Проговорил Шувалов над самым ухом сестры так, что она почувствовала его дыхание. Из уст не вырвалось ни единого звука. Наденька словно онемела.

Что меня связывает с ним теперь? — думала она долгими вечерами. — Память о нем… Что-то было в нем такое, что привлекало меня: его непокорность, непредсказуемость и еще… что-то, чего нельзя определить… как ощущение тайного родства. Я не хочу возвращать его даже в мыслях, но… Надежда прорастает в душе, подобно дикому винограду: минута слабости — и вот она опутала тебя своими нежными побегами.

Старый обветшалый дом, тенистый сад с заросшими бурьяном аллеями — все это унылое великолепие так естественно вписывалось в пейзаж средней полосы России, что казалось, было создано не человеком, а самой природой. Ничто здесь не напоминало о наступлении последней четверти ХIX века, все было окутано печалью, в одиночестве и безмолвии, без движения, без жизни.

Творчество — это процесс, и иногда ошибки могут привести к неожиданным и интересным результатам. Главное — не сдаваться и продолжать экспериментировать!

Чтобы сделать игрушки более яркими и интересными, используйте дополнительные материалы, такие как бусины, бисер и ленты.

Глазки и носики — важные элементы, которые придают игрушкам и характер и реалистичный вид.

Синельная проволока очень податлива, и вы всегда можете изменить форму, если что‑то не получилось с первого раза.

Украшения с плюмерией, из которой на Гавайях плетут венки и гирлянды, выглядят очень эффектно. Почему бы не надеть их на прогулку в погожий денек?

Мое кредо — следовать плану. Если я встаю утром и решаю, что сегодня отожмусь от пола триста раз, то обязательно это сделаю. Не делаешь усилия — нарушаешь обязательство. Нарушаешь обязательство — жди провала.

В жизни никогда не знаешь, что там впереди, пока не попробуешь ее прожить.

Если бы только я помнила тебя вчера… Тогда я… обняла бы тебя и не отпускала. Не оставила бы тебя одного.

Пусть я и повернула время вспять, но остановить его беспощадное течение мне не под силу.

Сколько же моментов, которые могли связать нас, я упустила? Лишь вернувшись сквозь долгие годы назад, встретившись вновь со своим прошлым, я осознала это.

Сон Джэ. Если ты захочешь умереть, потерпи еще всего один день. Тогда я смогу вернуться и спасти тебя.

Спасибо. За то, что вы живы. Люди, которые сейчас рядом с вами, благодарны уже за одно это. Поэтому… сегодня попробуйте жить. Ведь погода такая хорошая. Говорят, завтра пойдёт дождь. Живите, ожидая, что и он закончится. И, может быть, однажды придет день, когда жить станет легче.

Вот муж, уставший стеречь свою легкомысленную жену, уезжает на ярмарку во Франкфурт и в сердцах бросает своей благоверной: «Пусть тебя сам дьявол стережет!» И что вы думаете? Муж за дверь, а нечистый в окно. И не отходит от ветреницы ни на шаг: гадит ей в притирки, разливает чернила, когда та надумает отправить весточку ухажеру, швыряет горшки на голову воздыхателям, что околачиваются под окнами.

Во «Властелине колец» кольцо не просто ложится тяжелым бременем алчности на плечи владельца — оно испытывает его, обращаясь к темным сторонам души, которые есть в любом из нас. «Представь, что ты всемогущ! Что бы ты сделал?» — нашептывает роковой артефакт каждому, до кого способен дотянуться своей магической силой.

Но «языческое золото» проклято, его обладатель непременно погрязнет в алчности и грехах, отвернется от Господа и попадет в цепи ада. Огромный погребальный костер складывают на Китовом мысе. Над могилой Беовульфа простоволосая старуха-пророчица рыдает, предрекая времена зла, распри и бесславных битв…

По казахским поверьям, на луне проживает старая-престарая кемпир, которая пересчитывает ресницы тех, кто долго смотрит на ночное светило. Если кемпир пересчитает все реснички на лице человека, тот может тяжело заболеть. Оттого казахи и говорят, что нельзя долго смотреть на луну.

Казахи не просто лелеяли лошадей, но и очеловечивали их. Жеребенка, в отличие от всего другого молодняка, величали «бала» («ребенок»). Они верили, что лошади, как и люди, видят сны и тоскуют по родине. Когда лошадь продавали, ей к морде подносили зеркало и выстригали ресницы, надеясь, что после этого лошадь забудет родные края и никогда не прискачет назад, бросив новых хозяев.

Самое примечательное в казахских сказаниях о батырах, вероятно, что большинство из них являются сыновьями самых простых и порой даже очень бедных отцов. Таким образом, батыр — это состояние души, а не сила богатства, не царская власть, не знаменитые предки. Каждый, в чьем сердце бьется горячее сердце, жаждущее встать на защиту родного народа, спасти несчастных и обездоленных, может стать батыром.

Турецкие народные сказки, помимо всего прочего, славятся своими замысловатыми текерлеме — забавными и зачастую абсурдными рифмованными вступлениями, в которых повествуется о верблюдах-брадобреях и блохах-носильщицах, а также о том, как рассказчик, будучи малышом, раскачивал колыбель собственных родителей. Цель текерлеме — настроить слушателя на сказочный лад...

Истории о Ходже Насреддине — кладезь восточной мудрости и остроумия. Изворотливый и бесконечно оптимистичный Ходжа, как правило, всегда находил способ, чтобы выпутаться из сложной ситуации, а если это было невозможно, отыгрывался на своих обидчиках. Жемчужины его мудрости заставляют задуматься об абсурдности жизни и о том, как следует относиться к ее превратностям.

«Твори». Слово, прошептанное Ак Аной, воспламенило всю его сущность. По бесконечной водной глади пробежала дрожь, и само Время содрогнулось. «Твори! Твори! Твори!» Зеркальная гладь снова разделилась, и сияющая Ак Ана погрузилась обратно в пучину вод, пока со всех сторон, словно чудесное эхо, звучало одно и то же слово: «Твори!» И тогда одинокий Бог создал первого человека.

Одно из самых известных гаданий, связанных с Анджейками, — литье воска сквозь ушко ключа в миску с водой. Когда воск застывал, получившуюся фигурку доставали и смотрели, какую тень она отбрасывает на стену: очертания тени подскажут, как будет выглядеть или чем будет заниматься суженый. Если тень напоминает дерево, замуж предстоит выйти за плотника, а если похожа на рыбу — скоро посватается рыбак.

Жители горных областей на территории современной Чехии закапывали Морану в землю или отправляли на дно ущелья. Ян Длугош писал, что чучело Мораны везли на санях в лес и топили в ближайшем болоте. Об этом обычае вспоминал и ученый XVIII века Адам Нарушевич. Похороны Мораны в начале весны символизировали не только окончание зимних холодов, но и смерть прошедшего года.

Полезная черта хейкалов — их нелюбовь к разбойникам. Считалось, что если в лесу заведется «хозяин», лихим людям там делать нечего. Он будет их пугать и прыгать им на спину, когда они нагнутся, чтобы поднять добычу. Чешские «лешие» бывают и женского пола — их называют хейкалками или хукалками.

Согласно традиции, в ту ночь боги разбудили принца, который встал с кровати и вошел в ту часть дворца, где спали его многочисленные наложницы. Вид их наполнил душу Сиддхартхи каким-то особым негодованием и решимостью. Он повелел верному возничему Чанне запрячь любимого коня Кантхаку, взглянул в последний раз на спящих жену и сына, вскочил в колесницу и отправился в ночь.

Для определения времени жизни Будды точкой отсчета принято считать начало правления махараджи Ашоки. Основываясь на эдиктах и датах правления эллинистических монархов, историки условно относят начало его царствования к 268 году до н. э. Источники пали утверждают, что Будда скончался за 218 лет до этого события, в 80 лет, получается, что годы его жизни приходятся на период 566–486 годов до н. э.

Непрерывные мучения испытывают только обитатели ада Авичи, попадающие сюда за самые страшные грехи, — буддизм в принципе не знает вечных наказаний, любое преступление искупается со временем, однако сроки мучения тут астрономические — сотни и тысячи кальп. То, что Авичи означает «Без избавления», указывает не на вечность мук, а на их непрерывность, отсутствие пауз.