Неужели ей недостаточно той, первой игры с ее сердцем? Разве один раз он уже не разорвал ее надвое и не скормил волкам?

Я была воспитана в ненависти, Рома. Я никогда не могла быть твоей возлюбленной, только убийцей.

Ты даешь мне слово, но ты всегда был лжецом.

Слишком много добрых сердец черствеют каждый день.

Воспоминания жестоки – достаточно им почуять аромат крови, и они оживают.

Выходит, ты не знаешь, насколько безнадежно я в тебя влюблен?

Я смотрела Чжэ Ёну в глаза и понимала: нам придется нелегко, может даже труднее, чем было. Между нами не все гладко, и вместе с тем по-своему, только для нас двоих идеально. И мне так хотелось верить, что этого хватит и вместе мы все преодолеем.

Поверить не могу! Ты не читала Лунные хроники? – громко возмутилась Эрин. – Сколько мне еще тебе доказывать, что Торн невероятный книжный бойфренд. В разы лучше Дарклинга!

Я знаю, что такое книжные бойфренды. Они настолько задирают планку, что скоро мне придется влезать в доспехи и мчаться на коне спасать тебя, лишь бы оставаться интересным.

Почему быть вместе дается так больно? Почему нам не позволено просто любить друг друга, не ставя на другую чашу весов остальной мир? Почему нужно выбирать между любовью и делом всей жизни?

В походе к Нанга-Парбат я снова чувствую себя свободным. Я чуть было не забыл, что самое главное сокрыто в дикой природе. Она делает нас из функциональных единиц снова людьми. Источником силы является не восхождение как таковое, порой достаточно пройтись по нетронутой земле, и это счастье. Не пойду — пропаду.

Мои занятия альпинизмом имеют больше общего с искусством, нежели со спортивными достижениями. Неважно, хожу ли по отдаленным горным долинам или альпийским лугам...

Остаться в живых в ледяной вышине – не что иное, как искусство. Жить настоящим моментом, а также счастье, которое получаешь в процессе восхождения, то есть многообразие переживаний, открытий, принимаемых решений, составляют то, что я считаю традиционным альпинизмом: восхождение как путешествие по страницам истории Земли и способ познания человеческой натуры.

Публикацией писем из Гималаев я преследую две цели: рассказать об опыте альпинизма за последние пятьдесят лет и предоставить вниманию читателя, пожалуй, самые искренние рассказы о Стране снегов. Это мои письма и ключевые письма других восходителей, необходимые для понимания двухсотлетней тяги людей к Гималаям.

Но, видишь ли, милочка, независимо от цвета тарелки, наша жизнь, всё равно закончится. Так не лучше ли провести её красиво? Есть из красивых приборов, на красивой скатерти, созидая, а не разрушая… в том числе себя…

Я никогда не думал, что являюсь сексуальным наркоманом. Будучи чемпионом, я рассматривал занятия сексом со всеми этими женщинами в качестве своего рода бонуса. Предполагалось, что можно владеть всеми этими телами вокруг, горящими желанием. Я никогда не знал, что если заниматься сексом со многими женщинами, то это больше отнимает, чем дает.

Чечня оказалась удивительным местом. Как только я оказался там, мне вручили автомат. Я чертовски нервничал. Вообще-то я не любитель пострелять, но, черт возьми, в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Меня чествовали по всей Чечне как исламского героя. Какой там, в задницу, герой — я был просто обдолбанным кокаинистом!

К тому, что происходило в тюрьме, нельзя было применять обычные стандарты. Рассуждая о гомосексуализме на воле, вы можете представлять себе некоего беззащитного, безропотного бедолагу, которым можно просто воспользоваться. Здесь все было не так. Эти люди были бойцами, они могли моментально прикончить тебя. Ты видел, как по двору прогуливаются, держась за руки, два здоровенных, сильных парня.

Как личность, Тупак был кремень. Он видел слишком много боли и лишений. Жизненный опыт Тупака, который был рожден в тюрьме и видел, как друзей его матери убивали или навсегда замуровывали в тюрьме, сформировал у него установку на полное неприятие и отрицание всего, своего рода нигилизм. Он шел по жизни на автопилоте и делал все, что мог. Тупак был настоящим борцом за свободу.

Спустя примерно год я начал собственные квартирные кражи. Это было выгодно, хотя тусовки на улице и карманные кражи в толпе были заманчивее. Ты хватаешь дамские украшения, и копы гонятся за тобой — то, что мы называли: «Пришли герои и решили все проблемы». Это был больший риск за меньшие деньги, но мы любили острые ощущения. Чтобы быть удачливым карманным вором, у тебя должен быть напарник.

Я начал покупать и нюхать кокс с одиннадцати лет, а спиртное я попробовал еще ребенком. Я вообще родом из уважаемой династии пьяниц. Моя мать обычно давала мне бормотуху или джин, чтобы я заснул. За исключением одного двухлетнего периода и своего тюремного срока, я всегда пил. И это было неудивительно, так как все мои образцы для подражания, о которых я читал, были заядлыми алкашами.

Теперь, когда Сэм стоял передо мной во весь рост, я поняла, что он довольно высокий. Накачанные мышцы отчетливо проступали под тканью рубашки, когда он снова наклонился, чтобы поднять велосипед. Спортсмен... Блин. Хватит уже так откровенно пялиться на него!

Мне хотелось вернуться в эту чертову нормальную жизнь, которую я воспринимала как нечто само собой разумеющееся ровно до тех пор, пока у меня в одночасье ее не отняли.

Он заставлял сердце колотиться, а дыхание – останавливаться. Мне нельзя было влюбляться в него. Нам не надо было сближаться. Но мы сделали это, и я хотела большего. Даже если все мое сердце разобьется вдребезги.

Утро первого дня моей новой жизни. Утро первого дня свободы. Я свободна. Я здесь и сейчас. Я согласна жить эту жизнь, которая мне предстоит. И я буду ему о ней рассказывать, каждый вечер. О каждом дне, прожитом с ним и во имя него. Черт возьми, это мой долг перед ним.

Можно было легко придумать любое оправдание. Но не для этого я переехала на другой конец страны. Я больше не хотела быть девушкой с трагическим прошлым. Я хотела начать все сначала. Даже если для этого придется взглянуть моим страхам в глаза.

— Одна девушка, ее звали Хёнок, погибла, когда пыталась убежать от похитителя. — Она упала с обрыва. Возможно, бежала за своим любовником. — Ей было всего четырнадцать. — Крестьянки рано взрослеют.

— Хочешь найти отца? Вот тебе загадка: насколько большой должна быть взятка, чтобы красавицу не тронули?

Я вдруг почувствовала жжение где-то в груди, будто проглотила кипящий чай. Боль все усиливалась, пока не превратилась в слова: так нечестно! Я все делала правильно, я была послушной, и вот он оставил меня ради другой своей дочери, которая доставляла одни неприятности.

Я не могла придумать, что сказать Мэволь, и не представляла, что она мне ответит. Незнакомка, чужачка — вот кем она была для меня. А я так старалась стать примерной старшей сестрой.

Молодым девушкам не положено уезжать в одиночку из дома и заниматься расследованием исчезновения или смерти. Но не обязательно сообщать всем, что я девушка.

Дни начинались с коллективного чтения прессы. Все дипломаты собирались в большом красном зале посольства, на втором этаже. Молодые дипломаты по очереди информировали посла и других присутствующих дипломатов о том, что говорилось по радио и телевидению и было написано в газетах и журналах.

... моими преподавателями французского языка были Шарль Азнавур и Эдит Пиаф, Жорж Брассенс и Жак Брель, Мишель Сарду и Серж Лама, Джо Дассен и Клод Франсуа. Песня всегда играла важную роль в моей жизни.

Первые три года жизни я провел во Франции. В 1948 году мой отец был назначен представителем советской молодежи во Всемирную федерацию демократической молодежи, штаб-квартира которой находилась в Париже. Это было прекрасное время, полное энтузиазма. Европа приходила в себя после ужасной войны, унесшей жизни более пятидесяти миллионов человек. Люди были полны надежды и счастья жить в мире.

Почерк убийц был тот же, что и в случае с Олегом Востоковым: женщина была убита ножом. Ей нанесли три удара в грудь, один из ударов задел сердце.

Выяснилось, что ученый упал в воду еще в пяти километрах выше по течению, в глухом, совершенно безлюдном месте. Все выглядело как несчастный случай.

На обоих убийцах были маски Деда Мороза. Ну, там розовые щеки, седая борода, все такое. Свидетели, увидев такой маскарад, не знали, что и думать.

Третье убийство произошло 7 июня. Впрочем, события начались 9 июня, когда руководство университета обратилось в полицию с заявлением об исчезновении сотрудника университета, известного ученого.

Смертельным стал удар в висок острым предметом, по всей видимости, камнем, лежавшим поблизости от тела.

Она успела издать лишь короткий сдавленный крик, а потом ее тело ударилось о камни, перевернулось, ударилось еще раз… Артистка продолжала катиться вниз, пока не застряла в кустах…

Что помогает тебе почувствовать себя живой? Любовь. Даже когда она жестокая и обделенная. Настоящая и восхитительная. Но это так же напоминает мне, что однажды — и достаточно скоро — все для меня закончится.

Что помогает тебе почувствовать себя живой? Петь так, словно тебя никто не слышит. Танцевать так, словно на тебя никто не смотрит. Есть так, словно калорий не существует.

Что помогает тебе почувствовать себя живой? Моя семья. Их недостатки. Их неистовая любовь. Их беспокойство. Их преданность несмотря на безнадегу. Преданность мне.

Книги дарят веру в волшебство.

А еще звезды символизируют цикл жизни, одиночества и надежды. Они горят на темном небосклоне, который занимает большую часть пространства, и напоминают нам о том, что даже в кромешной тьме всегда есть что-то, что может сиять.

Звезды символизируют вечность. Ведь они светят на небе с незапамятных времен. Первые люди на Земле смотрели на те же звезды, на которые мы смотрим сейчас. И будут смотреть наши дети. И внуки. И их внуки.

– С моей точки зрения, вы выступаете на стороне добра. – Думаю, я приму ваш комплимент. – Мысленно Лори напомнила себе, что она не хочет испытывать симпатию к этой женщине. – Что ж, я рада, поскольку боюсь, что больше вы не получите от меня ничего, – уверенно сказала Трэйси. – Я ни за что не позволю моему клиенту выступить в телепередаче, где его будет допрашивать дочь Лео Фарли.

– Если бы тогда делом занимался не столь заслуженный детектив, то, вероятно, Гантер был бы уже освобожден. На орудии убийства имеется ДНК преступника-рецидивиста, а объяснения, как оно туда попало, нет. Я не хочу влезать в эту историю, но, возможно, здесь Лео необъективен. Моя задача – разыскать вашего сына, Марси, а не разбираться в том, что произошло в Вест-Виллидж восемнадцать лет назад.

Парень опустил глаза, Финн посмотрел туда же и вдруг ощутил что-то странное в животе, почувствовал острую боль. Свет фонаря отражался в двух дюймах клинка, виднеющихся между толстовкой Финна и рукояткой ножа, зажатой в чьем-то кулаке. Он увидел, как кто-то выдернул клинок из его тела. Увидел и глотнул воздуха, словно пловец, вынырнувший из воды. И закричал, когда нож вонзился в него опять.

Сейчас ты не работаешь над таким делом, которое могло бы послужить мотивом для запугивания тебя. Лори быстро смекнула, куда клонит отец. Она знала, насколько важна была его сегодняшняя встреча в окружной прокуратуре. – Но такое дело есть сейчас у тебя, – сказала она, пристально глядя на него.