Ищите возможности – и они вам представятся.

Никогда не портите себе жизнь сетованиями на несправедливость выпавших на вашу долю испытаний. Лучше смотрите вперед.

— Ишь ведь, и гнилая, а сладкая…

– Похоже, конь чувствует твое отчаяние, – заметила царица. – Интересно. Знаешь, он бессмертный – сын Нептуна и Цереры.
– У двух богов родился конь? – Хейзел удивленно заморгала.
– Это длинная история.

...разве можно измерить любовь? Она либо есть, либо нет. Это такая внутренняя уверенность… Тем более что все познается в сравнении — и если ты влюблен в первый раз, то откуда ты знаешь, любишь ты девушку или нет, если раньше ты не испытывал ничего подобного?

При наличии денег жизнь заметно упрощается.

...довелось ли вам заметить, что три великие религии зародились на краю пустыни и отчасти — в ней самой?

...одному лишь человеку дано понимать не только красоту, но и трудные, темные стороны жизни. И одному лишь ему доступна мечта и сила сделать жизнь лучше!

Настоящее в некотором роде не более определенно, чем будущее,...

– Как он назвал легион – Фульмината?
– Вооруженный молниями, – перевела Хейзел. – Это наш девиз. Двенадцатый легион существовал все время, пока существовала и империя. Когда империя пала, многие легионы исчезли. Мы ушли в подполье, действовали по тайным приказам самого Юпитера: оставаться живыми, набирать полубогов и их детей, не дать умереть Риму. С тех пор мы и заняты этим. Перемещаемся туда, где влияние Рима сильнее всего. Последние несколько веков мы обитаем в Америке.

Эти глаза не лгут. Ведь сколько же раз я говорил вам, что основная ваша ошибка заключается в том, что вы недооцениваете значения человеческих глаз. Поймите, что язык может скрыть истину, а глаза — никогда!

Хорошо жить на берегу озера. Дикая вода – она живая. Не то что домашняя, в кране или там унитазе. В озере – то солнце мелкими смешками пляшет на волнах; то барашки пены опасливо бегут под сильным ветром; то стекло штиля вбирает в себя всю неохватность неба. Озеро меняет цвета, оттенки, настроения. Вода то прибывает, то убывает. Летом зеленеет, зимой белеет. Озеро постоянно с тобой, ежесекундно в твоих мыслях и чувствах, где-то на краешке души постоянно присутствует оно. А еще озеро разговаривает. Плеск волн – это понятно всем. Но вот поздней осенью, когда тонкий лед встал ночью, а под утро его сломало, и мелкие льдинки бьются друг о друга и о берег, и с озера доносятся прозрачные, хрустальные звоны.

Бери любовь как кость, как данность, тащи ее в уютный уголок, и там грызи, в кровь раздирая десны об острые дробленые края.

Братство людей — в детском плаче. Мы вырастаем и познаем слова языка и видим вселенную через призму известного нам языка: не через призму всех языков или через призму никакого языка — безмолвия, например, а мы замыкаемся в языке,...

Голова у человека не всегда в ладу с окружающим его миром, есть люди, которым трудно примениться к реальной действительности, и они по сути – всего лишь слабодушные путаники, использующие и иногда очень умело – слова, чтобы оправдать свою трусость.

...что существует лишь для другого, получает вдруг преобладающее значение: мужчина признается в любви — женщина выбирает; женщина по самому существу своему есть лицо побежденное, мужчина же — победитель, и тем не менее победитель преклоняется пред побежденной… И все-таки, все это, в сущности, настолько естественно, что надо быть очень грубым, глупым и ничего не смыслящим в делах любви, чтобы вздумать игнорировать то, что раз навсегда установилось так, а не иначе.

Мне всегда ужасно досадно видеть мужчину, которого во время свидания трясет лихорадка любви. Ну что смыслит мужик в ананасах? Вместо того чтобы вполне хладнокровно наслаждаться ее волнением, любоваться, как оно вспыхивает на ее лице и увеличивает ее красоту, он сам путается в каком-то неловком замешательстве и, вернувшись домой, воображает, что это было нечто восхитительное.

— Мы собаки и рождены на муки. Плох этот мир для животных…

Так вот они какие – Жорики! Айт невольно вздрогнул, услышав имя, которым при первом знакомстве чуть не наградила его Ирка. Жалтиса она сокращала, видите ли! Нет, правильно он на Айта согласился.

Можно было бы его ободрить, пояснить, но ничего, пусть немного помучается. Пусть прочувствует, что лепить надо теплыми, а убить – любой дурак в состоянии.

Алмаз — драгоценность, когда ты его нашёл, когда продал, подарил, потерял, отыскал, когда он сияет в диадеме, украшая праздник. В череде будних дней алмаз — та же галька.

...я уже в таком возрасте, когда носят траур по собственной жизни.

Самые честные девушки могут совершить ошибку и отдать не знаю что, — это бывает у знатных господ и даже буржуазии, — но отдать золото…

— Кто первый огородил свои владения, тот, вероятно, был слабым человеком, ибо от общества прибыль только людям хилым.

Нет большего греха, чем идти замуж без любви. И если путь к моему счастью лежит через такой грех — ваш грех, Люси, — то не нужно мне такого счастья.

Человек может услышать и принять лишь ту мысль, отзвуки которой уже звучали прежде в его душе.

Молодость всегда хоть капельку и хоть в кривую сторону да великодушна.

...когда мы несчастны, мы сильнее чувствуем несчастие других...

Тот, кто не бывал в огне, не бежал от огня, пожирающего хлеб, настоящего страха не знал.

На Руси великой всякого рода борцы за правду и свободу, унижая историю и разум человеческий, называли это дело с издевкой — пустить петуха. Революция и революционеры зажгли русскую землю со всех сторон, и до сих пор она горит с запада на восток, и нет сил у ослабевшего народа погасить тот дикий огонь, вот снова катится огненным валом по русской земле, по русским полям, бушует по всей Европе, перехлестываясь аж за океан, дикое пламя войны.

— Молитвы составляли лучшие умы и поэты земли, — втесался в разговор Васконян, — поэтому они достигают сердца…

Воображение - великая преобразующая сила. Увидишь что-то, что тебя поразит, потом долго об этом вспоминаешь, а когда увидишь вновь, все оказывается не так. Умноженная на мечту, любая вещь меняется.

Как омерзителен Иуда! Потому что предатель. А ведь были, наверное, палачи, которые кожу с людей живьем сдирали. И все их забыли.

— Иной раз трудно соблюсти закон, — сказал отец. — Особенно если хочешь, чтобы все было по-честному.

Любимые девушки, к сожалению, весят примерно столько же, сколько и нелюбимые. Просто носят их с большим энтузиазмом.

"Меня  сейчас  нет  на  месте. Если  знаете  мой  телефон,  позвоните.
Если  знаете, когда я  приду\ не звоните, потому  что  зачем  меня  дергать,  я  все  равно раньше времени  не приду.
Если  вы  не знаете,  кто  я  и  зачем  вам  нужно  мне  звонить,  можете  спокойно  проходить мимо".

...за всей этой людской суетой взбухал, опадал и откатывался океан, потому что мир не мог пребывать в покое – ни люди, ни вода, ни время.

Ничто не проходит бесследно, изменения судьбы, чьё-то решение оставить тебе жизнь, уходят корнями очень глубоко, от брошенного камня по воде расходятся круги, и, пусть даже нам они не видны, пусть мы считаем, что этих кругов давно не стало, они всё равно есть.

Жизнь, жизнь, уловил Ты ее в свои золотые сети, и всех людей на земле, и звезды, серебряными рыбами в черной реке бьющиеся… вспышками молочных хвостов и кисельных плавников…

— Я сначала подумаю — потом разведусь, а не наоборот. Ладно?