Одна из самых больших загадок жизни состоит в том, что она мчится себе дальше, несмотря на то, что твой личный мир, твоя собственная маленькая персональная вселенная искривляется, перекручивается или даже разлетается мелкими осколками. Сегодня у тебя есть родители — завтра ты сирота. Сегодня у тебя есть своё место в бытии, свой путь — завтра ты плутаешь в дебрях. А солнце всё так же встаёт по утрам, и облака плывут в небе, и люди ходят в магазины за продуктами, и шумит вода в туалетах, и поднимаются и опускаются жалюзи. Тогда ты осознаёшь, что по большей части жизнь, вернее, безжалостный механизм бытия — существует помимо тебя. Ты для него не имеешь никакого значения — что ты есть, что тебя нет. Колесо будет катиться дальше и после того, как ты сорвался с края. Ты умер — а всё останется таким же, как было до твоей смерти.

— Ты такой же высокомерный, как первый Персей, — сказал Хрисаор. — Но да, Перси Джексон, Посейдон был моим отцом, а Медуза — матерью. После Медуза была обращена в монстра... так называемой богиней мудрости...
Золотая маска посмотрела на Аннабет.
— Это была твоя мать... Двое детей Медузы были заточены внутри нее, не имея возможности родиться. Когда первый Персей отрубил голову Медузе...
— Двое детей были освобождены, — вспомнила Аннабет. — Пегас и ты.
Перси моргнул.
— Так значит твой брат — крылатый конь? Но, ты также мой сводный брат, что означает, что все летающие лошади мои... Знаешь что? Забудем это.

"Мы действуем в силу того, что мы признаём полезным, - промолвил Базаров. - В теперешнее время полезнее всего отрицание - мы отрицаем."

— Благодарность человечества?
— Она недолговечна,...

«Ну, вот, — подумал он уныло. — Мне придется жить в пластиковом пряничном домике оставшуюся часть моей жизни, бороться с моим гигантским золотобрюхим другом и с нетерпением ждать кормежки».

— Война — это смертельная опасность для всех, для всех, неприкосновенных нет. Значит, надо идти прямо вперед, а не притворяться, что идешь, нарядившись в щегольской мундир. А на необходимые работы в тылу надо назначать действительно слабых людей и настоящих стариков.

Недаром слово «ужас» происходит от ужа.

К тому моменту, как до меня дошло, что правда проще притворства, она сочла мой ответ ложью...

Этот жалкий человек умеет подойти к принцу с благоговейным видом, готов по четыре раза в день переодеваться в соответствующие случаю костюмы, очень сведущ в вопросах этикета, но с его ли умом лавировать на трудном пути и не сломать себе шеи.

— Ты когда-нибудь видела монстров?
Кадзуэ приподняла бровь и с подозрением взглянула на меня.
— Монстров?
— Ну людей, в которых нет человеческого.
— Ты имеешь в виду — гениев?
Я не ответила. Не только гениев. Монстр — это человек с внутренним перекосом, который развивается и перерастает все пределы.

Ноздри девушки расширились, словно она вбирала в себя запах отходящей души. Она вздохнула и медленно встала, стирая пальчиком кровь с подбородка.
– Вот и всё, мой марципановый. Уверена, тебе было так же хорошо, как и мне.

"...Мир станет опаснее, но снова окажется самим собой. Лучшие умы теперь оценят свою жизнь по-настоящему. Счастливо спасшиеся, они никогда больше не согласятся стать хэппи. Как будто огромный самолет упал, и все остались живы..."

Жизнь – драгоценный дар, но этим даром нужно еще уметь распорядиться.

Нельзя зацикливаться на своей боли и плевать на весь мир. Нужно уметь переступать через разочарование и идти дальше.

У всех разные пути, и даже по одной и той же дороге люди идут совершенно по-разному.

Нельзя вернуться к тому, что потерял

Код тринадцать зу, - отчетливо произнес Кеша.
Сестричка некоторое время молчала. Потом сказала:
- Повторите ввод.
- Код тринадцать зу, - повторил Кеша.
- Полное отключение всех систем, - ответила сестричка.

Однажды, экспериментируя с веществом, которое он называет в своей книге "К", он постиг истину. Лилли увидел, что Землю колонизирует кремнийорганическая цивилизация. Но она делает это не так, как предполагал Герберт Уэллс. Никакой войны. Никаких лучей, никакой крови. Звезды не падают с неба, треножники не высаживаются в городах. Люди сами строят армию вторжения по постепенно проступающим перед ними чертежам. А пришельцы прибывают на Землю в виде технологий и кода. Началось с калькуляторов и электронных часов, а кончилось…

... Она царила в его внутреннем мире, подчиняя себе каждую мысль, каждое движение души. Без неё, как без весны, не раскрывались цветы, без неё, как без лета, не грело солнце, без неё, как без осени, не созревали плоды, без неё не существовало глубокого покоя и отдохновения зимы. Без неё не звучала и его музыка, потому что творил он уже не ради абстрактного человечества, а ради неё, воплотившей в себе самое ценное, что было в этом мире…

Они любили друг друга, они наслаждались друг другом. Они мечтали иметь детей.
… она и без всяких тестов знала, что ждет ребенка. Откуда? И как объяснить то
чувство, когда дата на календаре еще ни о чем особенном не говорит, но уже появляется
уверенность – внутри тебя зародилась жизнь.

Ты будешь жить на свете десять раз,
Десятикратно в детях повторенный,
И в праве будешь в своей последний час
Торжествовать над смертью покоренной.

Для того чтобы достичь Просветления, нужен только наш ум, здесь и сейчас, и правильные методы.

В Древнем Риме святилища были повсюду. У богатых людей они были возле их домов, чтобы почитать нимф, и быть уверенными, что местная вода была всегда свежей. Некоторые святилища были построены вокруг родников, но большинство из них были искусственными.

— Мое время — ваши деньги,...

Лучше один раз удариться лбом, чем сто раз спросить: а что, дверь правда закрыта?

Сера тоже была хороша, пока ее случайно не положили в одной комнате с селитрой. А тут постучали в дверь, и вошел сосед с мешком угля и факелом. Именно так
был изобретен порох.

Перестань следить за моим здоровьем! Тот, кому три раза отрубали голову, может не страшиться банальных насморков...

Куда, интересно, смотрят арбитры? По какому тарифу ныне оплачивается их совесть?

Итак, выбор: красивый финал или бесславная старость?

....вы, конечно, очень умны, но… (останавливаясь)иногда мы с вами разговариваем, точно кружево плетем… А вы видали, как кружево плетут? В душных комнатах, не двигаясь с места… Кружево – прекрасная вещь, но глоток свежей воды в жаркий день гораздо лучше.

Бывают потери, которые не забываются.

Тот, кто высоко взлетает, рискует низко упасть.
Зато он познает полёт.

Порой мне кажется, что если тихо сидеть и просто наблюдать за происходящим вокруг, то, я готова поклясться, время на мгновение останавливается и вся вселенная тоже замирает. Всего на секунду. И если найти способ жить внутри этой секунды, будешь жить вечно.

Сейчас в моей голове лишь: «Любовь. Она убьёт меня, она убьёт меня, она убьёт меня. Ну и пусть».

"Вечно вы пытаетесь всех спасать... А ведь большинству людей вовсе не нравится, когда их спасают. Кроме того, они привыкают, что кто-нибудь обязательно кидает им спасательный круг, и так не научаются барахтаться сами!"

Смертные наслаждались теплым днем. Пары держались за руки в кафе. Туристы шли через магазины и музеи. Римляне занимались своими привычными делами, вероятно, не беря во внимание тысячи лет истории под их ногами, и, безусловно, не обращая внимания на духов, богов и чудовищ, которые все еще жили здесь, или на то, что их город может быть разрушен, если сегодня определенной группе полубогов не удастся остановить гигантов.

"— Знаешь, большинству парней понравилось бы быть зажатыми в ловушке рядом с девушкой,
— Не клаустрофобам, Трис!"

— О нет! Фрэнк превращается в безумного дельфина!
Ничего не случилось.
— Я сказал, — повторил Перси. — Фрэнк превращается в безумного дельфина!
Фрэнк споткнулся на ровном место, затем, театрально схватившись за горло, сказал трагичным голосом:
— О нет! Я превращаюсь в безумного дельфина.

Много лет назад он уяснил, что не стоит разбираться в родственных связях богов, потому что так не трудно и мозги сломать. После того, как Тайсон принял его как брата, Перси решил, что хочет расширить свою семью.

Зависть, страх, ненависть — вот те мрачные зеркала, в которых посрамляется величие властителя…

— Это — Буфорд, — объявил Лео.
— Ты даешь имена мебели? — спросил Фрэнк.
Лео фыркнул.
— Чувак, тебе просто жаль, что у тебя никогда не было такой крутой мебели. Буфорд, ты готов к операции «Журнальный столик»?
Буфорд изверг пар. Он ступил на рельсы. Его вершина из красного дерева раскололась на четыре куска как у пирога, которые удлинились в деревянные лезвия. Лезвия закрутились, и Буфорд взлетел.
— Вертолетный столик, — пробормотал Перси. — Должен признать, это круто. Что находится в сумке?
— Грязное белье полубога, — сказал Лео. — Я надеюсь, ты не возражаешь, Фрэнк.
Фрэнк подавился.
— Что?
— С помощью этого запаха мы сможем отделаться от орлов.
— Это были мои единственные запасные штаны!

у меня есть план получше. Вы остаетесь. Вы ВИП — Весьма Именитые Пленники!

— Пойдем вот так! — Форкий боком зашел в туннель.
Фрэнк почесал голову.
— Нам что тоже...? — он повернулся боком.
— Это просто оборот речи, парень, — сказал Перси. — Пойдем.

...я никогда не проигрываю, во всяком случае, никогда не чувствую проигрыша, что одно и то же.

...любовь — это та точка, в которой соединяются правдивость и магия.

— Люди созданы, чтобы быть мужьями, отцами, людьми, а не зверьми, которые друг друга ненавидят, травят, режут!

....ребята сейчас правильно сказали: если уж упрятался, то последняя подлость — уверять, что рисковал шкурой.

— Все, кто у нас не идет в окопы или никогда не идет на передовые линии, и даже те, кто идет туда только изредка, все они, если хочешь, «уклонившиеся», и ты б увидел, сколько их, если б нашивки давали только настоящим бойцам.