У девушек, как у насекомых: яркая расцветка чаще всего предупреждение, что насекомое ядовито

Думать о незнакомых и неизвестных тебе людях плохо – дурной тон. Думать же плохо о знакомых скверно вдвойне. Человеку лишь кажется, что он говорит плохо о ком-то. На самом деле он говорит плохо только о себе.

Обсуждать прошлые ссоры и особенно кто чего кому сказал - все равно что играть с зажигалкой на пороховом складе.

чем толще и жарче человек, тем грандиознее у него запасы скрытой нежности, которая в числе прочего изливается и на котиков.

Желтухин был заслуженным старкой, воспитал не одно поколение артистов, свою пенсию заработал – Илья его больше не притемнял.

Киса! Я давно хотел вас спросить как художник художника: вы рисовать умеете?

Я убежден, что в Петербурге много народу, ходя, говорят сами с собой. Это город полусумасшедших.

Если б возможно было уйти куда-нибудь в эту минуту и остаться совсем одному, хотя бы на всю жизнь, то он почёл бы себя счастливым.

— Неужели птицы и вправду славят Творца? — благоговейно переспросил отец, проводив взглядом улетающих ласточек.
— Творца славит всякая тварь,...

Ежели судить по-настоящему, то игры никакой не будет. А игры не будет, что ж тогда остаётся?..

В глубине души голос благоразумия взывал к осторожности и советовал повременить с решительными действиями до того, как все окончательно прояснится. Но Джейк был настолько ошеломлен собственным открытием, что решил не прислушиваться к таким мыслям.

Зайдя в ближайший интернет-клуб, Лара села за компьютерный терминал и вышла на одну из досок объявлений. Найдя нужную рубрику, начала набирать текст:
«Пилот, имеющий большой опыт боевых действий, ищет работу по специальности. Можно связанную с риском. Владею также подготовкой бойца спецподразделения». Вот и все. Умный человек поймет, а полиция не придерется. Все чинно и благородно.
Самое обычное объявление, пилот-ветеран ищет работу.

Она не помнила, откуда это все знает, но знала, что именно и как надо делать.

В вас говорит невинная восторженность, — отвечал он. — Вы смотрите на все сквозь розовые очки. Вы не видите, что это золото — мишура, а шелковые драпировки — пыльная паутина, что мрамор — грязные камни, а полированное дерево — гнилушки. А вот здесь, — он указал рукой на густую листву, под которую мы вступали, — все настоящее, сладостное и чистое.

— Пятьдесят великолепных гномьих клинков, — уточнил брат. — Мирин почему-то решил, что ты продержишься всего пять дней.
— Мля-я-я… — протянул я и без сил опустился в кресло.
Обеспокоенный Фариам подошел ко мне и взял за плечи:
— Алекс, ты чего?
— Десять дней! Десять дней я терпел все это издевательство, насиловал себя и измывался над своими чувствами!.. Фар, за что?

Эта сталь пока ценится едва ли не на вес золота, а если ее будет много — цена упадет, клинки могут попасть не в те руки, обратятся против твоих подданных… Нет, лучше путь будет дефицит. Так намного проще.

— Рабы потрудились на славу, — произнес Калидаса. — Отпустите их на свободу.
Разумеется, рабы никогда не могли постичь до конца смысла своих стараний: никому не дано было разделить одинокие мечты короля-художника. Обходя окружившие Яккагалу выхоленные, изысканные в своем убранстве сады, Калидаса испытывал удовлетворение — самое полное за всю свою жизнь.

— Главное, что наш сын остался жив, а Государь — человек хоть и вспыльчивый, но спустя время иногда меняет свои скоропалительные решения. Возможно, в конце концов он смилостивится и снизит Мите сроки наказания.

Стеснительная, порой даже робкая девушка на его глазах превращалась в тигрицу, и он вдруг понял, что окончательно потерял ее.

Если зажегся в твоей душе огонь ненависти, то не будет тебе покоя, пока не сгорит зола ненависти дотла. А вот когда она сгорит — это уже другой вопрос.

Я была молода и ничего не ведала об этом. Казалось, что все мне под силу, и я была опьянена собственным счастьем. До чего же это было самонадеянно.

Женщину звали Татьяна. Она была полноватой и рослой шатенкой. Ко всему миру – к морю, к солнцу, к мужу, к ребенку – она всегда повертывалась спиной. В какой бы час дня они ни появлялись на пляже, она всегда ложилась чуть в стороне на живот и располагалась так, чтобы никого не видеть. Возле себя она аккуратно раскладывала пачку сигарет, бутылку пива, газеты и романы, которые читала во множестве. Какое-то время она лежала, закрыв глаза, подставив спину солнцу, потом погружалась в чтение, и никакая сила не могла вытащить ее из выдуманного мира на свет божий.

Этот кусок пляжа был хорошо виден только с мола. Фактически он был под него запрятан. Другое такое неудобное место для купания и принятия солнечных ванн было трудно придумать. Однако они всегда были здесь. Муж, жена и ребенок. Семейная пара и сын. Сын – инвалид детства.
Уродец.
Во всем мире такие дети считаются полноправными членами общества. Они называются слабовидящими, слабослышащими или с ограниченными возможностями передвижения. Этот ребенок собрал в себе все эти признаки. Он плохо видел, не слышал и почти не мог самостоятельно передвигаться. Определить на вид, сколько ему лет, было нельзя.

Ты маленький, и страх маленький. Ты растешь, и страх растет вместе с тобой, не уставая менять личины, приобретая все новые формы. Всякий вчерашний страх смешон. Всякий сегодняшний ужасен.

— Эти парни должны думать, что мы делаем им одолжение, а не наоборот. Поэтому на минутку-другую мы опоздаем.

Черт побери, он действительно затаил на нее злобу. Дал ей почувствовать, что такое унижение. Невкусно, мисс Шелли? Если она чувствует себя беспомощной, не способной контролировать ситуацию, — отлично. Потому что именно так он чувствовал себя пять лет назад, когда она развлекала телевизионную аудиторию рассказом о его личном кризисе, самодовольно, с увлеченностью карнавального зазывалы вещала о его деградации.

Очевидно, судья решила не омрачать свое светлое будущее даже намеком на связь с человеком, попавшим в скандальную историю.

Думаю, что за деньги этот вопрос можно решить и забить на все международные инспекции, проверяющие исполнение приговоров.

У Касуми было странное чувство: они стоят и обсуждают перед посторонним секрет, принадлежавший только им двоим.

— Гарантий никаких нет, и риск большой. — Она опустила глаза. — Просто одно из возможных решений. Мне оно и самой не нравится.

Недостатки надо выпячивать, чтобы они становились достоинствами. Визитной такой карточкой.

В жизни часто так бывает, что копье,
не знающее промаха, бросают в птицу,
в которую невозможно попасть.

Все продается. Твое сердце не сделало бесплатно ни одного сострадательного удара.

- Сдается мне, он не лесничий, а золотоискатель. А ты для него золотая жила.

Мишка не узнавал отца. Обычно жесткий и несентиментальный, доходивший до абсурда в своей косности, он превратился в человека мягкого и зависимого. Зависимого от маленькой девочки, отстающей в развитии и умственном, и физическом, слабенькой и глупенькой, беззащитной и несмышленой, девочки, которую он любил безгранично и в заботах о которой проводил дни и ночи напролет.

Да будет мир пушистой твоей голове!

Много ведь придется в будущем увидеть тебе не алых, а грязных и хищных парусов; издали - нарядных и белых, вблизи - рваных и наглых.

«…плетью обуха не перешибешь».

Мне весело, когда смешных встречаю,
А чаще с ними я скучаю.

Прошедшего житья подлейшие черты.

И дым Отечества нам сладок и приятен!

— Северяне мечтают о юге. Интересно, а южане мечтают о севере?

Мои мелочные придирки утратили смысл в присутствии ее тайны.

Малютка Пол, такой славный и забавный, все время был у кого-нибудь на руках, и всюду раздавался его смех: это был его настоящий характер, не омраченный тенью Бена и его потребностей.
Поскольку дом был полон народу, старшие дети спали в одной комнате. Бен уже обретался в кроватке с высокими решетчатыми деревянными бортами — там он проводил время, пробуя удержаться в сидячем положении, падая, пробуя снова… Кроватку поставили в одну комнату со старшими детьми — в надежде, что общество сестер и братьев сделает Бена общительным и дружелюбным. Но безрезультатно. Он их не замечал, не отвечал на заигрывания, а его плач — или, вернее, рев — вынуждал Люка кричать на него: «Заткнись!», после чего Люк сам начинал плакать от собственной черствости.

— И вправду маленький борец, — сказал доктор Бретт. — Едва из утробы, уже в драку с целым миром.

Счастье. Счастливая семья. Ловатты были счастливой семьей. Они хотели этого и добились. Часто, когда Дэвид и Гарриет лежали, повернувшись лицом к лицу, казалось, что в груди у обоих распахиваются дверцы и наружу изливается мощный поток успокоения и благодарности, которые их по-прежнему удивляли: в конце концов, терпеть так долго, как это им теперь казалось, было непросто.

...они простые люди, и потому никто не вправе осуждать их за эмоциональную утонченность и аскетизм только из-за того, что эти качества нынче не в моде.

Когда долго ковыряешься в памяти — просыпается совесть. Начинаешь возиться с совестью— вылезают любовь и жалость.

Молчалины блаженствуют на свете!

Большинство людей почему-то никак не могут уразуметь, что на крушении цивилизации можно заработать ничуть не меньше денег, чем на создании ее.