- Постарайся больше молчать! - шепнула Рине Лиана.
   - Они же все равно знают, кто я!
   - Вот потому и молчи. Промолчишь - за умную сойдешь. Я, например, зашкаливающе умна, но чтобы перестать болтать, ума все равно не хватает! - шепнула Лиана.

   - Поедешь со мной! Только шныровскую куртку придется снять, чтобы не дразнить народ.
   - А ты не боишься, что я там нашпионю? - заинтересовалась Рина.
   - В моем форте нашпионить невозможно. Даже самую простую информацию я получаю по трое суток. Если ты сумеешь нашпионить быстрее, можешь возглавить форт вместо меня!

- Ах, какой отсюда вид! Здесь рождается вдохновение!
   - Вдохновение - чудо были-ин! - рождает не природа, а чувство удивления. Засунь творческого человека на Северный полюс, у него и там попрет.-Так что кончай нюхать дерево, слезай с него и пошли обедать!

Ты сказал правду, но... соврал. Так тоже можно: сказать правду и одновременно соврать. Извратить что-то крайне важное, на чем все держится.

Напридумывают, церковники. Против природы-матушки прут. Ну как можно запретить человеку, мужику ли, бабе, любиться? Как? Это ж… всякая же тварь любится! Пчелка крохотная! Птичка-щебетунья! А лебедь, он вон, лебедицу подстрелят, а муженек камнем кидается с высоты!

Пес не был из верных, и когда старик, нюхом не обладавший и шагавший куда попало, ошибся и стал все более удаляться от деревни и от ночлега, пес его бросил, зная, что в конце концов старик далеко не уйдет.

— … И как поняли жизнь, так теперь и живите.

Обыкновенно люди счастливы настолько, насколько сами решили быть счастливыми.

В Москве маршрутка № Н несколько усмирилась. У Ула даже появилась возможность поглазеть в окно на поток машин. Больше всего ему понравилась "Газель", на борту у которой было написано: "ГАСТРИТ ИЗЖОГА ЯЗВА САХАРНЫЙ ДИАБЕТ ЗА ОДИН ДЕНЬ".
- Чудо былиин! Сколько болячек тебе могут устроить за один день! Не иначе как там сидит боевая ведьма Белдо!

Вся разница между позицией Черчилля и другими реформаторами-радикалами заключалась в том, что он делал упор на личности более, чем на государстве.

Незачем тратить людские жизни и деньги, чтобы выставить развевающийся флаг на новом участке земли, если это приносит только одни траты, и не приносит никакой выгоды...

Не бой интересен, интересен человек в бою…

Мы, люди, странные существа. Полжизни тратим на то, чтобы быть как все, и вторую половину на то, чтобы выделиться из толпы.

Унижая вас, преследователь хочет почувствовать свое превосходство. Не играйте по его правилам. Сосредоточьтесь на развитии собственных талантов.

...владыка, не пекущийся о государстве, является таковым лишь по имени.

– Ты знаешь, что это такое?
– Знак твоей матери, – сказал Перси. – Бррр… богини войны. – Он попытался вспом-нить, но не хотел ошибиться. Что-то вроде болоньи. Или салями?
– Да, это знак Беллоны. – Рейна внимательно разглядывала его. – Ты не помнишь, где ты видел это кольцо прежде? Ты и вправду не помнишь ни меня, ни мою сестру Хиллу?
Перси покачал головой.
– Извини.
– Это было года четыре назад.
– Перед тем как ты появилась в лагере.
– Откуда ты знаешь?.. – Рейна нахмурилась.
– У тебя четыре полоски на руке. Ты здесь четыре года.
– Да, конечно. – Рейна посмотрела на свою руку. – А кажется, это было так давно. Наверно, ты бы меня не вспомнил, даже если б не потерял память. Я была маленькой девоч-кой – одной из многих, кто приехал в SPA-салон. Но ты говорил с моей сестрой, а потом ты и та другая – Аннабет – разрушили наш дом.
Перси попытался вспомнить. Действительно, было такое. Он и Аннабет почему-то оказались в SPA-салоне и решили его уничтожить. Он не мог вспомнить почему. Может, им не понравился глубокий массаж? Может, им плохо сделали маникюр?

– Игра начинается! – объявила Рейна. Обитатели лагеря ответили радостными криками и бросились за оружием, оставленным на стойках у стен.
– Значит, мы в атакующей группе? – спросил Перси, перекрикивая шум. – Это хоро-шо?
Хейзел пожала плечами.
– Хорошая новость: у нас слон. Плохая новость…
– Дай-ка я попробую догадаться, – сказал Перси. – Пятая когорта всегда проигрывает.
– Нравится мне этот парень! – Фрэнк хлопнул Перси по плечу. – Идем, мой новый друг. Это будет мое тринадцатое поражение подряд!

Да, жизнь зародилась не в дистиллированной воде, а в болоте, но, видит Бог, порой с ностальгией вспоминается нам швейцарский перрон.

– Прежде чем вы растерзаете меня до смерти, – проговорил Перси, – скажите, кто та-кой этот ваш покровитель.
Эвриала ухмыльнулась.
– Богиня Гея, конечно! Та, которая вызвала нас из забвения. Ты не доживешь до встре-чи с нею, но твои друзья внизу скоро узнают, что такое ее гнев. Уже сейчас ее армии движутся на юг. Она пробудится на Праздник Фортуны и срежет головы полубогов, как… как…
– Как цены в нашем супермаркете «Баргин-Март»! – радостно подсказала Стено.
– Заткнись!

"Да разве найдутся на свете такие огни, муки и такая сила, которая бы пересилила русскую силу!"

Нет величия там, где нет простоты, добра и правды.

О, деньги — вот что воистину мы создали! У Бога денег не было в Творении предусмотрено. Не золото — золото сильный возьмет, самый свирепый кровопийца, самый хитрый вор, тут есть еще возможность хоть какая-то неравенства, а тут, выходит, сколько в своем воображении постановлю, вот столько их, миллионов, у меня и будет.

Истинная война — триумф рынков.

Все, что я делаю, решают за меня.

И стоило ли объяснять давным-давно говоренное, обыденное, как овсяная каша. Стоило ли в сотый раз пытаться найти первопричину, когда все просто – такая здесь жизнь.

Я презираю коммерцию, но признаю, что питаю к деньгам некоторое уважение. Ведь они играют очень важную роль в человеческих судьбах; и именно их отсутствие убивало моего отца год за годом.

Младенцы, не умеющие говорить ни на одном языке, и есть единственная раса на земле, род человеческий, все остальное, то, что зовется у нас цивилизацией, ненавистью, страхом, жаждой власти — притворство.

.- Вы не замечаете человеческих страданий потому, что это, видите ли, неделикатно.

Вы это никогда не поймете, потому что вы - мужчина, а знаем мужчин до конца только мы.

Но не будущее меня пугало, скорее – прошлое: целых семь лет я жил, спал с женщиной, которая меня не любила, которая если и испытывала ко мне какую-нибудь страсть, то самую мерзкую – безоглядную алчность.

...бог любви слеп, и умный человек может, пожалуй, надуть его, и не раз.

...есть на свете люди без всякого внутреннего содержания, живущие лишь заимствованным у других. Эти люди схватывают лишь внешнее впечатление, а не самую сущность предмета, и при первом же дыхании действительной жизни слабый след этот стирается в их душе, как в зеркале...

Я не понимал, как и один и тот же человек может быть богом и дьяволом. Как у него получается уничтожить и спасти тебя одновременно. Всё, что я представлял собой, всё плохое и хорошее во мне было делом его рук - разве мог я понять, любить его или ненавидеть?

" В природе практически каждого человека заложена способность к мысленному предвосхищению - по отдельным деталям и фактам человек делает обобщенные выводы. При этом, возможно, человек иногда ошибается. В этом нет ничего страшного, ведь на ошибках учатся.
Достаточно выявить в себе эту способность, развить ее, и результат не замедлит сказаться" [с. 145]

За время моего отсутствия там никто не родился, никто не умер и никто не сочетался браком. Все жили в прежних своих жилищах, и почти все носили те же отлично сохраненные старомодные платья. Наиболее замечательным событием был ковер, который барышни Дженкинс купили для гостиной.

"Так уж устроена жизнь, что не часто нам выпадают мгновения подлинной близости, к тому же человеческая психика не выдерживает огромного напряжения, связанного с некоторыми формами близости, поэтому, по большей части, жить в обществе - значит играть в игры"  (глава 5, п.4)

"- Ни...ничего,- стряхивая с длиннющих ресниц слёзы, всхлипнула от смеха Дина.- Просто...Ой,не могу!-она снова зашлась хохотом- Раньше я была в твом мире нелегально из-за парня...-наконец выдавила она.- А теперь ты в моём! Причём из-за того же самого парня! Ну Айтварас! Когда об этом вельможное змейство узнает-обзавидуются!"

…божьи люди превратились в стадное быдло, национальный гимн – вопль в ночи, американцы не могут гулять в своих парках, ездить в автобусах, они вынуждены запирать себя в четырех стенах.

– Альфа силен, как никто в его роду, но в этом и слабость Гаэрда… Зверь – часть его сознания, почти половина… – пауза. – Вы поймите, в нашей среде времена, когда выбор совершал зверь, остались в далеком прошлом, и среди оборотней ныне даже существуют разводы, ибо выбор зверя – истинен, человек же склонен совершать ошибки…

Любовь существует только там, где выбор бесповоротен, ибо для воплощения нужны границы.

Кто не умирал от жажды, не родился к жизни.

Есть люди, которые готовы пойти на смерть во имя других, даже если эта смерть бесполезна. Она облагораживает живых, у живущих прозревают глаза и сердце.

Гусеницы не знают солнца, слепой не знает огня, а ты не знаешь, с чем в согласии храм, который ты строишь, и почему благодаря ему расширяется в человеке душа…